Что-то совсем недавно случилось с Мерлином — что-то, что сильно вывело его из равновесия и след шока ещё не полностью сошёл с лица Зигфрида-Медичи. Шок отражался в его тёмных глазах, шок бледным воском стекал по плохо выбритым щекам старого колдуна, но Артур уже взял себя в руки железной хваткой и Фигаро видел, что шок произвёл на Мерлина ровно то же действие, что и обычно: до крайней степени его раззадорил. Артур в этом состоянии был готов горы свернуть, дракону хвост открутить и лучше на его пути было не становиться.
По крайней мере, до тех пор, пока котелок колдуна немного не остынет.
— Добрый вечер, господа. — Последовал сухой кивок. — Добрый вечер, дама. — Опять кивок, но уже куда более галантный. Прошу прощения за поздний визит без приглашения, но… — Мерлин чуть дёрнул плечом, словно заранее отбрасывая возможные возражения. — Меня зовут Артур, я — непосредственное руководство вот этого господина, — сухая ладонь дружески потрепала следователя за плечо.
— Интер-е-е-е-е-есно, — протянула инквизитор Кранц, — очень интересно. А можно, пожалуйста, взглянуть на ваш Личный Знак?
— Конечно, — Артур бодро кивнул, — почему же нельзя? Выбирайте любой. Вот этот подойдёт? — В эфире вспыхнул бледный росчерк Знака Оливковой Ветви. — Или этот? — На месте витиеватого символа Инквизиции затрепетал яркой спиралью Знак Особого Отдела? Вам какой? У меня их много.
— Ого. — Брови инквизиторши поползли на лоб. — Да вы, как я погляжу, представляете в нашем захолустье очень серьёзных ребят. — Её голос дрожал, но несмотря ни на что в нём явственно слышалось огромное, полуобморочное облегчение. — И что же господину… Артуру нужно от нашей скромной компании? Или вы пришли за своим протеже?
— Мой протеже, — Мерлин покосился на Фигаро, — как я погляжу, уже заложил за воротник. — Ну, ловкач, ну, артист, ответственный работник, мать его ити!‥ У меня к вам один вопрос, господа. Точнее, просьба: мне хотелось бы, чтобы вы максимально точно, не упуская даже самых, на первый взгляд, незначительных подробностей, пересказали всё, о чём за последний месяц говорили вот с этим человеком.
С этими словами Артур театрально взмахнул запястьем, и на импровизированный стол с мягким шелестом шлёпнулась цветная фотография Роберта Фолта.
Это была очень качественная фотография, настолько качественная, что следователь придушенно крякнул от восторга: его «Пентаграмм» и близко не давал подобной чёткости. Но дело было не только в ней: приземлившееся на стол фото переливалось такими глубокими и насыщенными красками, что на его фоне блекла сама реальность; на лице Фолта можно было разглядеть каждую морщинку, каждый плохо сбритый волосок, каждый мельчайший блик света.
«Я за ноги Артура подвешу, но выцыганю у него ту машину, на которую он фотографировал. Буду год ему на мозги капать, если понадобиться»
Глава жандармерии Верхнего Тудыма достал откуда-то (должно быть, материализовал из воздуха) крошечные круглые очки, нацепил их себе на нос, и принялся, закусывая губу и сосредоточенно причмокивая, изучать фотографию. Через его плечо с любопытством заглядывала инквизитор Кранц, чей острый нос в трепещущем свете оранжевого огня казался маленьким злым скальпелем.
— Эм-м-м… Фигаро, а это вообще кто? — сказал, наконец, главжандарм, снимая очки и поднимая на следователя озадаченный взгляд.
— В смысле, «кто»? — Фигаро даже задохнулся от возмущения. — По-моему, фото лучше найти просто невозможно. Это же Роберт Фолт.
— Но Фигаро, — инквизитор, нахмурившись, нетерпеливым жестом взъерошила свои короткие волосы, — это не Роберт Фолт.
-…Что значит, не Роберт Фолт?! Как это — не Роберт Фолт?! А кто тогда?!
Они сидели в маленьком «Рейхсвагене» Фигаро припаркованном прямо у обочины в чистом поле, и мокрый снег с оттяжкой лупивший прямо в лобовое стекло превращал пейзаж вокруг в чёрную бесноватую муть. Следователь не глушил двигатель; ему нравилось приятное убаюкивающее тепло автомобильной печки, жмущееся к ногам словно толстый ленивый кот. Фигаро, правда, немного беспокоила скорость, с которой дорога исчезала под снегом, но он не особо волновался на этот счёт — уж до города Мерлин Первый их как-нибудь доставил бы.
— Не знаю. — Артур рассеяно дёрнул себя за бородку, и щёлкнул каким-то переключателем на приборной панели; похоже, колдуну жизненно необходимо было тыкать пальцами во все окружающие предметы, чьё устройство было хоть немного сложнее примуса. — Сам он уверен, что он — Роберт Фолт. Однако это, увы, не так.
— Не понял.
— Помните, вы говорили, что опергруппа Особого Отдела нашла в его голове следы псионического вмешательства? Так называемую «склейку»?
— Да. Ну и что с того?
