Машина притормозила у дома Лежки, и Степан повернулся ко мне.
— Доставили с ветерком, как и просила, — весело проговорил он. — Привет Лежику и поклон его гарему!
— Ты на гарем-то не засматривайся, — фыркнула я. — В припадке ревности Лежка переплюнет любого мавра!
— Правда что-ли? — удивился Степан. — А с виду такой рохля… Что ж, буду иметь в виду.
Я хмыкнула и едва заметно кивнула в сторону Забавы.
— Лучше имей то, что на виду, — иронично намекнула я.
Кадык Степана дёрнулся, а щёки порозовели. Забава же не обратила на наши перемигивания внимания. Она кряхтела, пытаясь устроить тяжёлую сумку так, чтобы та не лишила её нижней части тела. Я смилостивилась над русалкой и вылезла из машины. Перетащила сумку инститора на своё место и кивнула друзьям:
— До встречи!
— Я с тобой, — вдруг засуетился волколак.
Я поспешно отпрянула:
— Ой, не советую! Это очень личный разговор между братом и сестрой! Если подвернёшься под руку в нашем, — кхе! — диалоге, то не жалуйся потом. Впрочем, трупы не жалуются…
Вукула посмотрел на меня исподлобья и криво ухмыльнулся:
— Не доверяешь? И правильно! Помни, о чём я предупреждал… И что я всегда рядом!
И растворился в сумерках. Я натужно улыбнулась и помахала Забаве. Когда машина отъехала, я развернулась к дому, и кулаки мои сжались. А вот теперь поговорим, братец-кролик! Уж я тебе припомню совет пьяного дракона, по вине которого я попала в такую двусмысленную ситуацию!
— А ну, дракон! — изо всех сил закричала я и решительно шагнула к двери. — Выходи на честный бой!
Под ногами заскрипел гравий, а в окнах соседей стал загораться свет, и за занавесками начали появляться любопытные лица. Я же не отводила пристального взгляда от закрытой двери в дом брата.
— Выходи, кому сказала?! — топнула я. — Змей поганый! Смерть твоя пришла! И, уверяю тебя, я и без косы справлюсь…
Из дома выглянул Лежка, запахнул халат поплотнее и спешно сбежал по лестнице. Я с усмешкой посмотрела на его босые стопы и волосатые щиколотки.
— Ты чего орёшь? — зашипел он сквозь зубы, натянуто улыбаясь соседям. — Мне здесь ещё жить!
— А что? — невинно улыбнулась я. — Боишься, что тебя разоблачат, инкуб развратный?
— Издеваешься? — взвизгнул Лежик, скалясь в сторону двух женщин, которые перешёптывались на соседней лужайке. — Все и так знают. Я боюсь, что решат, что мне нравятся ролевые игры. Я же сбегу!
— Что?! — рассмеялась я.
— Что-что, — сердито буркнул Лежик и за шкирку потащил меня к дому. — Они почему-то думают, что у меня жёны как сыр в масле катаются. Устал от сватов отбиваться! А как-то сдуру принял от одной соседки пирог, так на следующий день очередь выстроилась! И дети наелись, и жёны растолстели! Пришлось гонять вокруг дома неделю…
А во мне росла злость: брат тащил меня прямо как Генрих! Я вывернулась и прошипела:
— Посмеешь ещё раз взять меня за шиворот, и я устрою так, что те пироги в следующий раз полетят в твою физиономию! Как тебе такие игры?
Лежка отдёрнул руки и для верности засунул их в карманы. Помялся на пороге своего дома. Мимо прошествовала пожилая дама, в руке её был зажат поводок, на конце которого скакало пятнистое недоразумение, не поддающееся идентификации.
— Добрый вечер! А у меня радость! Сестра в гости пришла! — проорал Лежка так, что дама испуганно отпрыгнула на несколько шагов, а её шавка истерично зашлась в полулае-полувизге.
Соседки, для которых и было разыграно это мини-представление, уныло покинули свои наблюдательные посты. Видимо, о сестре-ведьме тоже было известно абсолютно всем. Двери закрылись, окна погасли, Лежка повернулся ко мне, и губ его коснулась лёгкая улыбка.
— Так что там про дракона? — спросил он и фривольно подмигнул: — Как битва прошла?
Я сжала губы и изо всех сил треснула его. Лежка взвыл и закрылся локтями, когда я в бешенстве отвешивала брату оплеухи.
— Как? Как прошла? Фигово прошла! Вот тебе за твои дурацкие советы! А ну, ещё получи!
— Мара! — взвыл Лежик, пытаясь скрыться в доме. — Успокойся!
— Я тебя сейчас успокою! — прошипела я, придавив его ногу дверью. — Точнее упокою! Знал бы ты, во что я вляпалась по твоей вине!
Лежка замер и отвёл руки от лица.
— А во что? — с любопытством спросил он.
Я зарычала и снова замахнулась, как мои ноги внезапно потяжелели, а тело пригнулось. Я опустила взгляд и вздрогнула, увидев блестящие глазёнки племянников. Дети молча пытались удерживать меня, не давая отца в обиду.
— Блин, ну так нечестно! — взмолилась я, не в силах смотреть на их решительные лица. — Он же заслужил!
Лежка опустил руки и выпрямился, и глаза его горделиво сверкнули.
— Всё честно! — произнёс он и нежно улыбнулся детям. Потом перевёл взгляд на меня и тоном учителя продолжил: — Нечестно свалилась вину на брата, который лишь хотел тебе помочь! И вообще… свою голову на плечах иметь надо!
— Ах ты…
