— Я сама тебя найду, когда придет пора рынка гоблинов. — тело сидящей напротив женщины снова дернулось, и она пару раз моргнула глазами, встряхнула головой и голос мисс Додо заинтересованно спросил, — А что было дальше?
(продолжение)
«Эйрин? — встревоженно возник в голове Фей.
— Да, — быстро ответила, понимая сложность диалога с учетом многозначительно уставившейся на меня хозяйки дома. — Потом обсудим.»
Я кое-как вернула нить повествования в нужное русло, несмотря на мешающие концентрации мысли о словах ведьмы. А затем прервалась из-за раздавшегося около двери покашливания. Обернувшись, обнаружила мою очнувшуюся лже-сестру. Читающая сны смотрела на нас самым кротким взглядом, хотя в глубине ее глаз я отчетливо считывала едва заметное удивление.
— О, вам стало лучше? — обрадованно повернулась к ней мисс Додо, и Сэльма, кивнув, собралась было что-то сказать, но хозяйка нетерпеливо ее прервала, — Присядьте, вот здесь, Ваша сестра как раз рассказывает мне свою историю, сейчас самое интересное.
Насмешливую улыбочку на губах моей якобы-родственницы заметила только я. Читающая сны покорна опустилась на указанное ей место, подперла рукой щеку и изобразила глазами величайшее внимание.
Откашлявшись, я быстро, насколько позволяла моя открывшаяся любовь к слову, закончила рассказ. На радость, и не лишенные чувств бранные слова мисс Додо, уверившей меня — у нее определенно имеется необходимое мне зелье. Встав со своего стула, она спешно вышла из комнаты.
— Ты что-то узнала? — одними губами, поинтересовалась я у подруги.
— Да, — кивнула та, усмехнувшись, — И еще кое в чем у меня нет никаких сомнений. Отчеты Джорджи поработили твой разум.
Мне даже не удалось показать ей язык, так как хозяйка дома вновь появилась на кухне и всучила мне в руки одну запыленную склянку и один неприметный мешочек.
— Снадобье помогает разрушить чужую лживую привязку. Но мужчина должен сам выпить, без принуждения. И затем надобно поцелуем скрепить. А в мешочке ринпса.
Глаза моей подруги, которых не могла видеть женщина, округлились, а брови обрели невиданные ранее высоты.
— У меня всего парочка осталась, но прекраснее твоей истории я ничего в жизни и не слыхивала. Уверена он судьба твоя. Аж в грудине печет. И забудет обязательно эту красноволосую лахундру.
«Джорджи будет тобой гордиться, — хмыкнул Фей, — У бедной женщины от твоих громоздких предложений перевернулось восприятие сознания.
— Зависть плохое чувство. Захочу и пойду работать бардом.
— Боюсь, тогда мне придется начать охотиться за двоих, иначе нас либо поколотят твои слушатели, либо…
— Ты сегодня вредный.
— Лучше скажи, что вышибло меня из твоего сознания?
— Не могу сказать… — потянула в ответ.
— Значит, как я и думал. Ведьма. Тогда вспоминай все в деталях.
— Хорошо.
При заключении договора с ведьмой, скрепленного шнурком-змеей, нельзя было сообщать о нем другим созданиям, иначе они невольно втягивались в сделку и последствия могли стать самыми невообразимыми. С драконом все обстояло иначе, я ему ничего и не говорила. Лишь открывала воспоминания, думала, представляла, а он считывал. Поэтому никакие условия не нарушались.
*
После того, как мы покинули дом мисс Додо и отошли на приличное расстояние, я тихо поинтересовалась у подруги:
— Значит, тебе удалось что-то выяснить?
— Да, но мне необходимо попасть в этот дом еще раз. Придумаешь очередную историю про Нила?
— Моя история была совсем не…
— А красноволосая лахундра не Элис? Случайное совпадение?
— Все совпадения совершенно случайны.
— А вот ринпс надо поделить.
— Ничего подобного. Я заработала его честным трудом.
— Точнее, обманным рассказом. — засмеялась Сэльма.
Впереди показалась парочка жителей, и мы обе решили не говорить более о деле, пока не окажемся в безопасном месте.
«С эльфийским наследником все в порядке. — проинформировал Фей. — Возможно, предсказание еще не сбылось. В любом случае, я попросил его избегать любых подозрительных созданий. Не волнуйся, не вызвав никакие лишние подозрения.
— Рада, что с ним все хорошо. — сдержанно ответила, в глубине души обрадовавшись, что Лесолди в порядке.
— Наследник передал тебе приветствие и долгих лет процветания.
— Как мило. И ему не хворать.»
*
До дома мэра мы с подругой шли шутя и подкалывая друг друга, условившись поделиться всей информацией, когда окажемся вчетвером.
Дилан с Сэдриком уже ждали нас, вернувшись ранее, и жарко о чем-то спорили, прерываясь на какой-то веселый мальчишеский смех.
— О чем беседуете? — поинтересовалась Сэльма.
— О том, что чета Авдинков никак не может быть замешана в преступлении, — ухмыльнулся тетрадочный, а Сэдрик только кивнул и стал пунцовым, несколько смущенно проговаривая:
— Но, смею надеяться, прекрасные дамы разрешат не вдаваться в подробности, а поверят в наше мужское слово.
Дилан, хмыкнув, удивленно посмотрел на своего приятеля и пожал плечами. Он бы, наверняка, без всякого зазрения совести, рассказал нам о том, что им удалось выведать, ведь околунные с чем только не сталкиваются, но уступил просьбе Сэдрика и обратился к нам:
— А у вас есть что-то интересное?
— Да. — ответила я.
