— Твоя мать поступила правильно. — Агнес изобразила уверенность. — Гостеприимство — это здорово. Я поставлю воду кипятиться. Зик. — Она посмотрела на брата. — Не мог бы ты накрыть на стол?
Дэнни недоверчиво посмотрел на неё.
— Ты уверена, что он должен быть здесь?
Зик посмотрел на сестру умоляющим взглядом, не желая, чтобы его прогнали.
— Дэнни, — огрызнулась она. — Куриный суп. Подогрей его, ладно?
— А какова моя миссия, сержант Ред-Крика? — язвительно протянул Макс. — Макароны с сыром?
Из-а стеллажей донесся душераздирающий всхлип.
— Да. — В некотором смысле это не так уж сильно отличалось от общения с детьми дома. Ее голос смягчился. — Но сначала проверь Джаз.
Даже в библиотеке капитан отряда «Гори» носил авиаторские очки — темный, похожий на козырек щит. Это был человек-гора, даже выше Дэнни. Как и у всех Чужаков, его улыбка была нечитаема, как белая полоса. На шее у него висел крест, который от пламени свечей превращался в золотой.
— Спасибо. — Он холодно посмотрел на дымящийся банкет, который они приготовили — куриный суп, макароны и сухое молоко. — Но я не могу остаться.
— Может, хотя бы присядешь? — Матильда указала на стул.
Он покачал головой.
— Мои люди ждут.
Джаз так и не добралась до кухни. Макс сказал, что ей невыносим вид его униформы — черная огнезащитная куртка с серебряными нашивками на плечах. Вблизи пятна были явно изолентой: знак импровизированного ополчения, наспех собранного на краю света.
Никто мог и не говорить Агнес, что капитан собирается сжечь Гила дотла. Она чувствовала исходящий от него запах бензина, видела пламя в его глазах.
Но, может быть, Матильда сумеет убедить его, переубедить. Агнес ухватилась за эту надежду.
— Насколько я понимаю, ты хочешь остаться, верно? — Он снял черные перчатки, обнажив руки, покрытые бледными шрамами от ожогов.
Матильда скрестила руки на груди руками.
— Да. Библиотека — безопасное место.
— Ошибаешься, — прогремел он, и Агнес вздрогнула. — По периметру есть Гнездо. Он должно быть сожжено.
Агнес прикоснулась к губам, вспоминая девушку, которую целовала.
— Гнезда повсюду, — настаивала Матильда. — Нет такого места, куда мы могли бы пойти, где нам не пришлось бы жить рядом с одним из них.
Мышцы на его шее напряглись.
— А как насчет военных постов? Вы слышали приказ об эвакуации. Глупо было оставаться здесь. — Он обвел взглядом комнату, а когда заговорил снова, в его голосе звучало презрение. — Тем более, с детьми.
— Дороги…
— Небезопасны, да. — Он размял свои покрытые шрамами руки. — К счастью, мы не просто убираем обломки. Мы также собираем отставших.
Макс фыркнул, и капитан резко повернулся на каблуках.
— Хочешь что-нибудь добавить, сынок?
Макс побледнел.
— Я не… — он взглянул на Зика, словно набираясь храбрости. — Я тебе не верю. Вы убили мою семью.
Дэнни кинул на Макса яростный взгляд.
Но Агнес не сводила глаз с капитана.
Он был тем, от кого зависело все: их дом и существование человеческого Гнезда. Место последнего упокоения правнучки Сары Шайнер.
Он медленно снял темные очки, обнажив серебряные шрамы, которые окружали его глаза, как гусиные лапки.
— Мне очень жаль это слышать. У нас были благородные намерения, но не каждый отряд оставался на задании. Не каждый капитан уважал правила.
Матильда подняла руки.
— Капитан, мы принимаем меры предосторожности…
— Каким образом? Вы же прекрасно знаете, что в один прекрасный день Гнезда могут проснуться. Напасть на нас в мгновение ока.
— Это не война. — Голос Матильды окреп. — Это эпидемия.
— Больше похоже на войну. — Его голос стал грубым, хриплым, как пустыня снаружи. — Но мы на вашей стороне. Мы можем защитить вас. Проводить в безопасное место.
— Здесь безопасно, — настаивал Дэнни. — Мы не видели никаких ходячих красных существ. Должно быть, все они уже слились в Гнездо. Почему ты не можешь оставить нас в покое?
Капитан покачал головой, всем своим видом показывая, что сожалеет о необходимости выжечь Гила дотла.
Но Агнес не думала, что он действительно так считает.
Наблюдая за ним, она подумала, что Матильда права. Он видел себя солдатом на таинственной войне. Истинная вера текла по его венам, как яд, а истинные верующие всегда были одинаковы.
— Таковы правила: мы должны сжечь их.
Матильда побледнела.
— Должен же быть какой-то способ подать жалобу…
— При всем моем уважении, но ты до сих пор живёшь в старом мире. Если хочешь поехать с нами, решай прямо сейчас.
Агнес поникла. Как такое могло случиться? Бог присматривал за Гила. Разве не так?
— Ну что, дети? — Матильда бросила эти слова, как якорь. — Как думаете?
Дэнни взял Агнес за руку, их пальцы переплелись; они стояли в комнате, пропахшей порохом и жидкостью для зажигалок, и по их скрещенным рукам потекло тепло.
— Я слышал кое-что о военных аванпостах, и мне это не нравится — сказал он. — Слишком много оружия и слишком мало еды…
— Совершенно верно. — В голосе Макса послышалось облегчение. — Нам лучше быть самим по себе. Во всяком случае, Джаз не пойдет… она никогда не пойдет…
— Понятно, — спокойно сказал капитан. — И куда же вы собираетесь идти в одиночку?
