На удивительно тихие земли в центре бывших чумных территорий потянулись люди. Кто-то по рекомендациям, кто-то просто вслед за гулявшими по империи слухами. В Антверпене уже больше тысячи человек. Храм пока в лесах, но отец-настоятель уже службы ведет. И центр города в порядок приводят. Глядишь, лет через десять всю округу облагородят.
Ницитос Авэ из Лозаньи девочку прислал, веселую и с целым книжным обозом. Лавку открыла и школу вечернюю для малышей. Грамоте учит, картинки монстров показывает.
Госпожа Драконесса в Лицее отобрала пятерку сорвиголов, просила мозги вправить розгами и добрым словом. Агнесса на них сгрузила патрульную и спасательную службу, прикупив под это дело у Верденского альт-мейстера еще железных «пауков» и массивный панцеркрафтваген.
Вико Вазилье в гости заезжал, место присматривал. Сказал, что чуть позже мануфактуру поставит для старшенького. И еще арсенал восстановит, чтобы было где корабли строить.
Побратим Яна Дамбы, рыжеволосый Йохан Аскеман, на пяти огромных драккарах перед зимними штормами по высоким волнам прискакал. Помог с ремонтом, пока пережидали непогоду, похвастал добытыми в далеких краях сокровищами. Карлу строго-настрого приказал без него корабль не строить. А то на ближайших скалах днище пропорет. Что местные пешеходы в соленой воде понимают? Так что — домой заглянет, с отцом за бороду друг друга потаскают, и сразу назад, за новыми приключениями.
Отвесив тяжелую затрещину, Агнесса предупредила:
— Чтобы до шестнадцати лет сына мне не баламутил! Он пока на ста шагах половину тыкв с аркебузы с первого выстрела раздолбить не может. Пусть в силу войдет, все мои ухватки освоит. Ты же поможешь людей в команду подобрать, чтобы спину прикрывали. Понял?
— А то. Мать надо слушать, Карл. Матери у нас правильные. Как наподдаст, так и летишь, кувыркаясь, — согласился рыжий викинг, потирая загривок.
На этом и сговорились.
Зимой по сугробам мимо промчались амазонки — что-то им срочно понадобилось во Фризии. Или кому-то по башке настучать за грубое слово, или наоборот, самим высказаться по животрепещущим вопросам. По дороге назад подарили оторвам двух зубастых птенцов. От третьего Повитуха открестилась с ужасом. Ей и на четырех колесах неплохо. Зато во дворе теперь бродили два пернатых крокодила-переростка, свято выполняя главную заповедь наставниц: «кто хорошо кушает, то вырастет большим и красивым назло врагам». Судя по тому, сколько каждый заглатывал за один раз, к зрелости птички грозили вымахать выше часовенки.
Весной неожиданно притопал выворотень. Малопонятно проворчал, что хозяйство расплодившимся крабам оставил, самому на старом месте надоело. Облюбовал себе пещеры на берегу, там печку сложил и причал построил. Лодку размером с речную баржу теперь собирает. Будет не только с берега рыбачить. Шлем из бывшего котла и потрепанную в битве дубину у входа пристроил. Еще сумел очаровать Гайю Корсиканского, когда на днях в гости заглядывал. И заводчик подарил вывортню щенка, высотой в холке выше тележного колеса. Сказал, что большому монстру нужна правильная собака. Так что теперь как Агнесса с доберманами ходит гулять к морю, так псы возятся толпой, пытаются на пару малого в траве покатать. Еще месяц — и больше с ног сбить не смогут. Тоже хорошо кушает, зараза.
Остальные друзья и знакомые или письменно кланялись и обещали в гости заехать. Или мельком заскакивали, подарки завозили. В империи теперь намного спокойнее стало. На границе монстры притихли, набеги не устраивают. Наемники людей набрали, пару раз наиболее опасные места чистили. Половину пути от Льежа до Антверпена вообще уже под будущие фермы разметили, Сестры раз в неделю с визитами бывают. Говорят, франки сильно обижаются, что в Камбре новую большую крепость ставят и вот-вот бесхозные земли под себя заберут. Хотя, что с ущербных взять. Там до сих пор пятнадцать самозванных королей и никак власть поделить не могут. Так что пусть сначала хоть часть государства в одно целое сгребут, а затем послушаем, что внятного скажут. Послушаем и пошлем куда подальше.
Хотя, даже вроде послов каких-то в Антверпен засылали с претензиями. И мытарей насчет налогов. И тех, и других еще на подходах сожрали. Намек поняли, после чего Агнессу и соседей больше не беспокоили.
Утром за широким столом во дворе Чумная Повитуха отпаивала Ирэн огуречным рассолом. Вчера неплохо посидели, отметили встречу. Но без фанатизма. Уже не молодые послушницы, чтобы выпить все, что горит и набить морду каждому, кто под руку попадется.
— Ты вроде место уже рядом присмотрела?
— Да, на маяке. Ну, на его развалинах. Вид оттуда замечательный. И высоко, поэтому стены высокие отлично получится достроить. Буду сидеть и сверху вишневыми косточками на любых вражин плеваться.
— Это что-то новое, — удивилась Агнесса, набулькав и себе чуть-чуть рассольчика. — Ты вроде миролюбием особо не отличалась.