Убедившись, что всё идет по плану, я принялся зачищать свою часть лагеря. Бо́льшая часть лачуг была недостроена, либо пустовала. Лишь в окне одной единственной лачуги теплился свет от факела. От туда доносились мужские вопли. Я ринулся внутрь и увидел бандита, совсем не похожего на других: на голове длинные желто-черные брейды[3]; одежда – лонгслив и штаны-карго – сплошь зеленого камуфляжного цвета; и обшитый керамическими пластинами и мелкими железными шипами защитный жилет, будто бы снятый с чужого плеча. Рядом, распятый на деревянном кресте, висел черноволосый мужчина мексиканской внешности. Руки его были проткнуты металлическими изогнутыми кольями, а ноги – туго связаны веревкой. Тело синюшное от гематом. Ссадины на лице. Левый глаз заплыл так, что больше походил на размякшее тесто. Рядом из жерла каменной печи торчали длинные щипцы, удерживавшие в своих губах раскаленный таврический символ[4] в виде карточного трефа. Его обоженный оттиск дымился на груди мексиканского раба.
- Кто…ты…такой? – членораздельно вопрошал бандит. – Кто тебя прислал? Ну!
- Пошёл… на хер. – в той же манере ответил мексиканец и плюнул кровянным месивом в лицо истязателя. – И сними мой жилет, клоун.
Мексиканец рассмеялся, но тут же скорчился от боли.
Сморщившись, бандит вытер лицо полотенцем и медленно вытащил из-за пояса топорик:
- Я тебя сейчас на куски порублю, освежую и скормлю своим ребятам, – бандит облизнул губы. – Нам как раз не хватает свежего мясца.
Медлить было нельзя. Я убрал пистолет в кобуру, схватил деревянный стул и, что есть мочи, врезал им по голове бандита, который уже был готов нанести удар. Стул разлетелся на куски, а истязатель бессознательно рухнул на пол. Упал он, надо сказать, неудачно, лицом вниз, расквасив свой широкий нос.
Я подошёл к мексиканцу, однако освобождать его не торопился.
- Юнит или амлиатор? - спросил пленник, зыркнув на меня единственным здоровым глазом.
Внезапный вопрос, казавшегося простым неписем, мексиканца вогнал меня в ступор:
- Простите… Что?
- Тупенький. Угу, значит точно юнит. – мексиканец сплюнул себе под ноги красную жижу. – Позови своего командира! Компренде? Андестэнд?
- Для начала было бы неплохо поблагодарить за спасение, амиго. – сказал я и скрестил руки на груди.
- У меня всё было под контролем, если что, – скривив губы, недовольно ответил мексиканец. – Я бы и сам справился.
- Ну, тогда я пошёл, – сказал я, глянув на кровоточащие раны на руках и ногах мексиканца. – Удачи!
- Да погоди ты. – мексиканец посерьёзнел. - Perdon[5], амиго. Совсем уже крыша едет в этой гребанной игре. Спасибо, что спас. Буду благодерен, если ты еще и освободишь меня, пока я тут всё кровью не залил.
Немного поколебавшись, я всё же решил помочь. В таком-то состоянии пленный мексиканец не представлял никакой угрозы. Да и поболтать с ним не помешает. Однозначно, что он не какой-нибудь непись, а живой игрок ещё и из числа альфа-тестеров.
Найденным ножом я срезал веревки на ногах, а затем принялся выбивать колья (другого способа я не видел). Каждый удар сопровождался тихой руганью мексиканца, корчившегося от боли. Загодя вызванный мной Талос, закончивший зачистку своей зоны, подоспел вовремя и аккуратно подхватил обессиленного мексиканца. Он вынес его на улицу, к остальным юнитам, медленно стягивавшимся к лагерному костру. Я глянул на "логи сражения". Каждая строка пестрила, радостным для меня, зеленым текстом, оповещавшим о каждой удачной ликвидации вражеской единицы. Единственная серая строчка вмещала в себя текст про оглушение бандита по имени Аршан. Ух ты! Так это ж тот самый негодяй, о котором говорил Калеб.
Судя по мини-карте, Аршан очухался. Обозначавшая его, красная точка, пришла в движение. Я бросился в лачугу и застал его тянувшимся к ножу, лежавшему на краю стола. Расстрепавшиеся волосы оросились кровью, медленно пульсировавшей из раны на голове. Несмотря на это, Аршан медленно, но уверенно шёл к поставленной цели. Даже завидев меня, он ни на секунду не остановился. Лишь фыркнул и промямлил что-то про мою мать. Мне было интересно, что именно Аршан предпримет, окажись в его руках нож. Однако я сразу же откинул идею созерцания опасного действа со стороны противника, который возможно припрятал козырь в рукаве. Ну, не спроста же он стал главарем банды.
С этими мыслями, я схватил Аршана за ногу и поволок на улицу. Он панически замах руками, пытаясь найти за что ухватиться. Всё было тщетно. Возле костра уже вовсю кипела работа по сбору лута, среди которого проглядывались… Вау! Синие предметы! Желание покопаться в трофеях я отодвинул на второй план, ибо в первую очередь нужно разобраться с Аршаном: мало ли, вдруг его преступная сеть не ограничивалась этим лагерем.
Увидев горы трупов своих бойцов и попав под пяту Талоса, носившего обувь пятидесятого размера, Аршан замолчал и затрясся от страха. Он словно не верил своим глазам.
Я присел на корточки и щелкнул пальцами перед его лицом, привлекая на себя внимание:
- Так значит, ты и есть тот самый Аршан – гроза Саромовцев?