— Вроде не копался тут никто до меня, — не очень уверенно сказал парень. — Земля всё плотная попадалась и травка кругом росла. Нет, я бы заметил.
— Значит, ушёл клад, — кивнул Рыжий.
— Как то есть ушёл? — опешил парень.
— А как клады уходят? Тебя как звать-то, кстати?
— Мосол.
— А меня Рыжим зовут, — он поёрзал, устраиваясь поудобнее, и заговорил каким-то особым доверительным голосом. — Откуда, по-твоему, они вообще берутся, клады эти? Думаешь, их люди нарочно закапывают, для всеобщей забавы? Нет, брат. Вот вроде тебя кто-нибудь спрячет добро, когда тащить тяжело или утаить от товарищей что задумает, а потом найти не может. Потому что клад дело такое — уйти может хоть и от хозяина!
Мосол посмотрел на собеседника с уважением, сразу признав в нём знатока, и даже с некоторой толикой надежды посмотрел, вдруг да поможет гость незваный отыскать пропажу.
Всё это время Сокол и Тарко стояли рядом и в разговор не вмешивались. Юноша осматривал поляну, а чародей прислушивался к беседе, что-то прикидывая в уме. Наконец, уловив перерыв в разговоре, он спросил:
— Что в Муроме происходит, знаешь?
— А что там может быть? — ответил Мосол, подняв на старика взгляд. — Князь в Муроме. Оплот городит.
— Не знаешь, — кивнул Сокол.
— А место тут удобное, — подал голос Тарко. — Вещи бросим, налегке к городу сходим.
— Пожалуй, — согласился чародей. — Вот что, Мосол. Поможем закладку твою отыскать. Только нам тут пожить некоторое время нужно, пустишь?
— Живите. Не жалко, — пожал тот плечами.
— Вот и отлично! А теперь подскажи, как отсюда удобнее к Мурому подобраться?
— Это просто, — Мосол поднялся и показал рукой. — Вот этот лесок пройдёшь, там будет тропка по-над оврагом. По ней прямо под самые стены и выйдешь.
— А я пока обед приготовлю, — тут же вызвался Рыжий, явно не горящий желанием покидать полянку.
Оставив спутника на хозяйстве, чародей с Тарко отправились на разведку.
Тропа, на которую указал неудачливый кладоискатель, вывела их сильно в стороне от Мурома. Но получилось даже лучше. Несколько воинских станов расположились вокруг города в пределах видимости один от другого, образуя почти сплошное кольцо осады. И тропа вывела их, по всей видимости, к главной ставке, где стоял богатый шатёр, увенчанный знаменем какого-нибудь воеводы, а то и князя. Удачным вышло и то, что небольшое заросшее камышами озерцо, наполовину превратившееся уже в болото, отделяло их от ставки, позволяя спокойно наблюдать из-за деревьев, оставаясь при этом в относительной безопасности.
О внешней охранительной черте нападающие или позабыли впопыхах, или сил у них столько не нашлось, или же, что вернее, посчитали её излишней — не значилось за князем Юрием никаких других городков с войском и ополчением, а, следовательно, и некому было прийти на помощь осаждённому Мурому. Однако случайных лазутчиков всё же побереглись, расставив на тропках дозоры, а сверх того приметил Сокол кое-где и охранные амулеты. Пучки сухой травы висели на кустах и ветках деревьев. На первый взгляд ничего особенного, но каждый такой пучок, стоит лишь колыхнуть его, проходя мимо, непременно даст знать о непрошенном госте неведомому хозяину.
Сколько ни всматривался чародей в осаждающих город воинов, он так и не смог твёрдо сказать, какой силе принадлежало войско. Одно только он понял наверняка — к городу подкатила не восставшая мурома или мещера. Хотя и те и другие изредка попадались среди разнообразной и разноязыкой орды, но заводилами здесь явно были другие. А для коренных мещёрцев наблюдалось слишком много порядка, слишком много знамён и шатров, доброго и дорогого оружия, — то есть всего того, чего лесным повстанцам попросту неоткуда взять. Сустай легко мог зажечь в них веру, поднять походя на борьбу, но снабдить войско припасом ему не по силам. И понимание этого заставило Сокола мысленно перевести дух. То чего он так опасался с тех самых пор, как узнал об уходе Дедушки, пока что не произошло. Пока.
— Но кому же всё-таки понадобился Муром? — подумал вслух чародей.
— Кому бы ни понадобился, он завтра может захотеть и всей Мещеры, — сказал Тарко и добавил мечтательно. — Вот бы по ним отсюда ударить! Не ждут ведь.
Юноша, кажется, не сомневался, на чью сторону ему встать. Свои Муром не воюют, остаются враги — вот и весь ход мысли.
— Нечем ударить, — сказал чародей. — Кстати, как там твой меч?
Тарко, вытянув клинок на пядь из ножен, осторожно тронул его рукой.
— Тёплый, — ответил он. — Чувствует кого-то. Странно.
— Странного мало. Кто-то ведь развесил на кустах обереги.
— Колдун? — догадался Тарко. — Не тот ли, кого меч ищет? Так может его того…
Он кивнул на клинок.
— Не твоя рука «того» должна делать, — вздохнув, напомнил Сокол.
Они вернулись на поляну. Рыжий уже освоился, можно сказать обжился. Расширил шалаш, разложил нужные вещи, а которые нужными не были, те укрыл от непогоды сосновыми лапами; он успел, судя по всему, сходить на охоту и даже приготовил на огне какую-то дичь, а в котелке заварил питьё из трав и ягод. И теперь в ожидании товарищей развлекался беседой с Мослом.
