Джеф тихо выругался. Он думал, что Хайди шутит. Но нет: бывшая жена, получив свое личное семейное счастье, торопилась облагодетельствовать остальных. И выбор ее пал на Джефри. Что же, придется идти, иначе он проиграет спор, а это будет означать большие уступки.
Ровно в восемь вечера Джефри входил в знакомый ресторанчик. Его тут же проводили к столику в глубине зала. Его спутница запаздывала. Может, не придет? Но все надежды разбились, когда к столику подошла девушка в ярко-зеленом платье.
— Эва? — удивленно спросил Джеф.
— Здравствуйте, Джефри, — смущенно откликнулась бывшая заговорщица. Ее не постигла кара. В конце концов, если бы не Эва, они искали бы ле Феннера по сей день. И она спасала брата. Как умела, так и спасала. Это вызывало уважение.
— Присаживайтесь. — Морган вспомнил о приличиях. — Это вам.
И протянул Эве небольшой букет хризантем.
— Спасибо. — Она смутилась еще больше. — Вы простите, наверное, мне не следовало приходить, но госпожа эо Лайт настаивала, и… Мне хотелось снова вас увидеть. Поблагодарить за меня и Брана. Если бы не вы, для меня все закончилось бы очень и очень плохо.
— Рад, что сумел помочь, — кивнул Джефри. — Вам нечего стыдиться. Хайди уговорит и мертвого, такой уж она человек. Вина?
— Да, пожалуй.
Джефри и сам не заметил, как втянулся в разговор. Эва рассказывала о своей новой работе в больнице эо Лайт, о первых успехах. Джефри слушал, и его начинали терзать сомнения. Похоже, Хайди приблизилась к выигрышу в их споре. Придется подписывать документы и выполнить свое обещание касательно ее бизнеса.
Они с Эвой проболтали до самого закрытия ресторана. Затем Джефри вернулся домой, и в голове царила небывалая легкость, будто все его заботы остались далеко, а здесь и сейчас можно было просто побыть собой.
Раздался звонок телефона. Морган даже не сомневался, кто это может быть.
— Да, Хайди, — ответил он.
— И как тебе мой выбор? — поинтересовалась госпожа эо Лайт игриво.
— У меня только один вопрос: почему она?
— Все просто, — сказала Хайди. — Ты всегда питал страсть к сложным женщинам. А эта миленькая заговорщица вполне в твоем вкусе. Она не властная, не жаждет видеть мир у своих ног, а готова стать для своего избранника надежным тылом. Дальше все зависит от тебя, Морган. Не проворонь! И скажи, когда мне подъехать…
— Рано. Я еще не женился.
— Но ты уже с ней встретился и не грозишься прибить меня на месте. Хороший знак. Надумаешь жениться — звони.
И Хайди положила трубку. Наверняка, она там хохочет до упада. А Джеф подумал, что она права. Эва нравилась ему. Пришлась по душе еще тогда, в больнице, и если бы не ее участие в заговоре, кто знает? Возможно, Джефри давно бы пригасил ее на свидание. Или нет? Он и сам не знал. Понимал только, что хочет дать себе шанс обрести нечто большее, чем власть и вечная борьба за справедливость. Возможно, его сердце еще не слишком очерствело и способно любить.
«Уважаемые Максимилиан Айлер, Хайди эо Лайт и Николь! Джефри Морган и Эва Картрайт приглашают вас на торжество по случаю бракосочетания, которое состоится пятнадцатого декабря в полдень в городской ратуше. Будем рады видеть вас на нашем празднике. Джефри и Эва».
Максимилиан прочитал карточку еще раз. Надо же! Хайди упоминала, что Джефри встречается с какой-то девушкой, но лично Макс с ней не был знаком. Он вообще бы предпочел, чтобы Джефри поменьше появлялся в их доме, потому что глупо и отчаянно ревновал. Даже теперь, после свадьбы.
Он чувствовал себя глупым влюбленным мальчишкой: не мог надышаться близостью Хайди. На работе все время искал ее взглядом, дома они и вовсе проводили вместе все свободное время. А Николь… Николь стала для него всем миром. Макс не представлял, как раньше жил без дочери. Сейчас стоило ей произнести «папа», как он был готов на все, лишь бы его девочка радовалась и улыбалась.
Неисповедима воля светлого Инга… Когда Макс ехал в Тассет, он был уверен, что это ненадолго, и ничего хорошего его не ждет. Но вот прошло полгода, и его жизнь навсегда перевернулась с ног на голову. Да, он лишился магии. Поначалу было сложно: он пытался по привычке поставить диагноз с помощью силы ай-тере, но ее не было. Макс злился, ненавидел сам себя, а потом привык.
Как и говорила Хайди, его работа никуда не делась. Он все так же лечил людей. На выходных заглядывал к Нэйту и Дее либо к Стефану и Ари, звонил в Эвассон родителям и Эжену. Мама с папой обещали приехать весной, привезти в гости сестренку и познакомиться с внучкой. Осталось «порадовать» этим Хайди. Макс жил — и радовался жизни, потому что наконец-то чувствовал себя цельным, а не половинкой, оторванной от иль-тере.
— О чем задумался? — Хайди подошла к нему и мягко поцеловала в уголок губ.
Макс все еще не мог насытиться этой нежностью. Ему хотелось обнять весь мир, но вместо этого он обнял любимую женщину, усадил себе на колени и поцеловал.
— М-м-м, ход твоих мыслей мне нравится, — признала Хайди. — Так что за открытка?
— Морган приглашает нас на свадьбу, — ответил Макс. — Пятнадцатого декабря в полдень.
