Вон Чжэрён по-прежнему не вернулась.
Десятерых финалистов шоу «Айдол» посадили в небольшой автобус. Никто не произносил ни слова, как будто все разом дали обет молчания. На экране сменяли друг друга лица подозреваемых парней. Растрепавшиеся волосы они спрятали под кепками, их губы потрескались, а отросшая щетина была скрыта под масками. Вчера утром на съемочной площадке ребят попросили пройти психологические тесты, но не объяснили для чего. Молодые люди плакали до изнеможения, пока писали письма своим семьям. Все были вымотаны после съемок видео, где по сценарию они должны были разделиться на команды и выполнять различные задания. Единственной радостью был сон, но их разбудили ранним утром. Автобус направлялся в центральный полицейский участок округа Намянджу.
Участок является подведомственной базой тренировочного центра Тхэгевон, который использовался в качестве одной из съемочных площадок с первого сезона «Айдола». Кроме того, это была штаб-квартира группы по расследованию дела об убийстве Ян Чжуну. Именно туда несколько раз приходили участники шоу для допроса.
Автобус остановился на парковке. Следователь проводил парней в небольшой конференц-зал и приказал ждать.
В полицейском участке было тихо. Изредка по коридорам разносились чьи-то шаги или разговоры по телефону. Из-за гробовой тишины особенно выделялся стук подошвы о ножку стула, по которой нервно бил Чжон Сочжун. Хан Юль не выдержал и прикрикнул на него. Сочжун тут же свел колени вместе.
Новость о том, что этим же утром стажер «Кей-энд-Эм» Ан Минён был доставлен в больницу в бессознательном состоянии прямо из тренировочного лагеря, оставила всех остальных участников обескураженными. Сочжун, который тоже работал с «Кей-энд-Эм», хуже остальных сдерживал беспокойство. Не имея возможности дергать ногой, он начал грызть ногти. Их вызвали в качестве свидетелей. Никто уже не мог сказать, кого и когда обвинят в преступлении.
Вернувшийся следователь первым делом пригласил на личную беседу Квон Хичжона. Тот встал со взглядом, в котором читалась смесь отчаяния и страха. Остальные парни вытянули шеи и посмотрели на него с тревогой. Хичжон побрел по устрашающе тихому коридору и подошел к комнате для допросов. Он долго не решался войти. Сопровождающий следователь слегка толкнул его в спину.
В помещении сидел крупный мужчина с выбритой головой.
Он представился детективом Ким Чжонёлем из детективной команды под номером 2.
– Я не виноват, – сразу выпалил Хичжон, еле сдерживая всхлипы.
– Вы Квон Хичжон?
– Да, я вчера устал, поэтому лег спать рано и не просыпался до утра. Посмотрите видео с камер видеонаблюдения – сами все увидите. Я даже не знаю, что именно произошло. Даже в туалет не выходил.
– Господин Квон Хичжон, говорят, вы хороши в спорте.
– Что? Я? В чем я вообще хорош? Только мяч умею перекатывать. Футбол, баскетбол, бейсбол и все в таком духе. У меня никогда не шли боевые искусства или бокс, честно говоря.
– Тогда попробуйте несколько раз отжаться.
На экране крупным планом показали смущенное лицо Квон Хичжон.
– Сейчас?
Раздался громкий смех. Он доносился из конференц-зала, расположенного на том же этаже. Это был главный координационный штаб съемочной группы шоу. Комики стучали по столам и смеялись над глупым выражением лица Хичжона на мониторах. Рядом с комиками сидел низкорослый человек и, казалось, наблюдал за реакцией артистов и пытался понять, какое выражение ему следует сделать. Перед ним стояла табличка с надписью: «Специалист по психическому здоровью О Ёнсу».
Один из артистов заговорил в микрофон:
– Если не отожмется десять раз, его надо посадить!
– Тогда нас спас счастливый случай, – сказала мне Чжан Инхе во время интервью. – Иногда требуется приложить немало усилий, чтобы обеспечить успех программе.
