- То-то и оно, что «как обычно»! Полина, моя кузина и дочь лорда Ангайда, приехала из континента и была просто поражена убожеству и простоте подаваемых блюд нашего стола. Да если бы вы только видели выражение её лица, когда в замке её папеньки ей предложили попробовать пироги с горохом и фасолью! Нет, она, конечно, слишком хорошо воспитана для того, чтобы выразить вслух своё недовольство! Вместо этого она просто показала нам новые утончённые блюда польской кухни. Поэтому решено – сегодня же испробуем новинки – отварное яйцо и поджаренный хлеб с маслом. Ну, а для особо непривередливых можно добавить немного мяса.
По пухлому лицу поварихи было сложно сказать наверняка, как она относится к моим словам, поэтому я решила просто сообщить сложные рецепты блюд для завтрака.
- Яйцо куриное мы моем и после этого кладём в кастрюлю и ставим на огонь. Готовым это блюдо считается через небольшое время после закипания воды. Поджаренный на сливочном масле хлеб можно подавать без гарнира, так положено.
Тётка Алиша переминалась с ноги на ногу, в её голове происходила нешуточная борьба – с одной стороны, приказ был более чем ясен, и ослушаться его она не посмела, хоть в её глазах я прочла желание отправить меня с моими новшествами, куда подальше. С другой стороны – если она вот так, за здорово живёшь, просто кивнёт и скажет, что всё будет исполнено, то, как же её репутация бесстрашной поварихи? Дилемма. Но я в любом случае, решила не дать ей шанса обдумать мои слова, поскольку развернулась и отправилась к выходу, спросивши напоследок, всё ли понятно.
Поварята загалдели, уверяя, что я объясняю свои мысли на редкость внятно. Я улыбнулась и выплыла из кухни. Не думаю, что тётка Алиша всё исполнит, как следует. Не та у неё натура, потому как «деды наши так не делали, и мы не будем». Я шла и мысленно усмехалась – жить по заветам предков – это, безусловно, хорошо… если предки у тебя адекватные. Но лично мои были из клана Маккармейг, что само по себе уже не очень хорошо. А, учитывая, что отца часто называют «Рыжий Топор» - и вовсе навевает на мысли…
Я зашла в малую столовую и изящно опустилась на стул, который торопливо отодвинул для меня батюшкин ординарец.
- Доброе утро, милая! – сиял улыбкой отец и тяжело плюхнулся на свой стул – Отчего столь ранний подъём?
- Как отчего, папенька? – я скривила лицо – Когда беда у меня, и я вся в расстройстве пребываю!
Отец поёрзал на стуле и стал мучительно перебирать в уме причины, которые могли нанести мне столь сильную душевную травму.
- И что же случилось? – наконец, выдавил он, не придя к какому-то однозначному решению.
- Мне совершенно нечего надеть! – я закатила глаза к потолку – Просто совершенно! Это просто безобразие! Я велела собрать все эти ненужные тряпки и убрать с глаз моих куда подальше, чтобы они не расстраивали меня. Авось, они кому-нибудь и пригодятся, да только я так больше не могу! Поэтому-то я и решила, что в первый же торговый день отправлюсь на тракт и куплю себе тканей, а затем Брина может мне сшить новые платья взамен старых. Примерка новых платьев меня всегда немного успокаивала.
Милорд Эйлбарт задумчиво пожевал губами, подбирая слова, чтобы описать своё отношение к моей беде, но потом махнул рукой. Возможно, его мои обновки тоже наводили на лирический лад. Впрочем, никакой другой реакции на свои слова я и не ожидала – отец был весьма равнодушен к моим бедам и нуждам, почему-то искренне считая их глупостью и блажью. И он выходил из всех непонятных ситуаций привычно и просто – просто удовлетворяя мои прихоти. Распахнулась дверь, и стали подавать завтрак. Папенька заметно повеселел и даже потёр руки. Я улыбнулась и стала рассматривать то, что получилось у поваров.
Собственно говоря, выглядело совсем недурно – яйца в моей тарелке были совершенно такие же, как и те, что готовила Полина. Во всяком случае, внешне. Впрочем, как и тосты. Я внимательно наблюдала затем, как отец рассматривает какую-то интересную котлету. Н-да уж… как я и предполагала, тётку Алишу просто так не сломать – зря я, наверное, говорила, что можно добавить мяса. Просто я не подумала о том, что бедное яйцо можно очистить, обмакнуть в мелко порубленное мясо, и так запечь. Вышло яйцо, печёное в мясе. Но отец, вопреки моим надеждам, не стал ругать повариху за столь отвратительное блюдо, а с видимым удовольствием принялся за завтрак.
Ну, и какой сюрприз будет у меня? Я осторожно откусила кусочек тоста и медленно его прожевала. Что это? Не узнаю вредную тётку – хлеб, как хлеб. Только жареный. Я гордо улыбалась своим мыслям и торжествующе стала очищать яйцо. Но, что это? Яичный желток был практически сырой! С трудом подавив в себе проклятие, с натугой улыбалась папеньке. Ну, надо же, какова! Я вымученно улыбнулась отцу и храбро откусила сразу половину от яйца.
- Эти новые польские блюда довольно необычны, не так ли, папенька? – сообщила я отцу, как только прожевала то, что было у меня во рту.
