Легко ли быть нежной фиалкой среди суровых мужчин Гор? Нет, скажу я вам - это тяжёлый труд! Но я справлюсь и с этой ролью! Я - Айлин Гиллан из клана Маккармейг, и эта история про меня.
Я с тоской смотрела в узкое окно собственных покоев в замке лордов Маккармейг за тем, как небольшая кавалькада наших новобрачных исчезает на за холмом. Большую часть своего времени я проводила в замке дяди, тем более что отцу было некогда заниматься моим воспитанием, а тут, всё же, и людей больше, да и вообще… Однако, в те редкие моменты, когда отец – младший брат лорда Маккармейг, не находился в очередном рейде в горах или приграничном патруле, то мы с удовольствием возвращались в свой дом. Вот и сейчас я уговорила отца вернуться хотя бы ненадолго в нашу крепость на границе владений лордов Маккармейг. Крепость эта была построена лет тридцать тому назад для того, чтобы защитить Равнины Дейтона от вылазок нортманнов, которые нет-нет, да и проверяют нас «на вшивость», по меткому определению моего папеньки.
Даже несмотря на то, что о нападениях нортманнов уже давненько ничего не было слышно, лорды Гор не считали укрепления чем-то лишним и регулярно проводили ремонт и реконструкцию оборонительных сооружений. Хотя, о чём это я? Совсем недавно малая группа нортманнов проникла на территорию Дейтона, благо, что хоженых троп через перевалы было множество, и несколько людей вполне могло пройти незаметно, чем и воспользовались разбойники, напав на бедную кузину.
Как вспомню это, до сих пор мурашки по телу – бедняжка Полина едва выжила, получив сильный удар по голове и потеряв сознание. Если бы не её жених, который волею случая оказался неподалёку, даже не знаю, чем бы это всё закончилось.
- Айлин, радость моя, поздорову ли ты? Я уж и так к тебе, и этак! А ты всё в оконце смотришь, да вздыхаешь. А может, ну его, это возвращение домой? Останешься в замке у дядюшки, что дома-то делать? Никого и нет, окромя гарнизона папенькиного.
- Всё в порядке, кормилица – заверила я заботливую женщину – просто вспомнилось мне о том, как пострадала кузина Полина во время её возвращения с континента.
- Это да, просто ужас, хорошо, что всё закончилось, только вот… не нашли тех нортлингов, которые напали на леди – покачала головой пожилая кормилица Брина – ординарец твоего дядюшки Ангайда – Родерик, шепнул мне по секрету, что миледи очень уж бушевала, когда пришла в себя. Мол, не успела она очнуться и немного отойти от ран, как велела найти лиходеев и покарать страшно! Повесить на суку без суда и следствия! Оно и верно, конечно! На то она и дочь лорда Гор, в своём праве. Как же можно такое спускать? Никак нельзя! Я вот помню ещё, маленькая ты была, так… Ох, да что это я? Айлин, птичка моя, твои вещи я уже сложила, вот только, изволь выбрать, в каком платьице отправишься в путь?
Да, кстати… вечно у меня мысли скачут, как блохи на дворовом псе! Как можно понять, меня зовут Айлин. А если совсем точно, то Айлин Эмилия Гиллан, член клана Маккармейг из Дейтона. Да, соглашусь, что это не самое популярное женское имя в Горах Дейтона, но моя мать была из центральной Энландии, и именно она настояла на моём имени. Боюсь, что это всё, что мне известно об этой, вне всякого сомнения, достойной женщине. Отец говорит о своей супруге крайне неохотно и редко, отделываясь общими фразами, кузен Роб младше меня на целый год, поэтому никогда её не видел, кормилица каждый раз, когда речь заходит о матери, начинает страдать удивительной глухотой, у дяди и вовсе не спросишь… поэтому я, когда-то давно решив для себя, что имя – не так уж и мало для вклада матери в жизнь дочери, больше глупых вопросов не задавала. А сейчас я, не отрывая глаз от окна, бросила:
- В розовом!
Собственно говоря, наряды были одинаково «не очень», как сказала бы моя кузина Полли, но в розовом было меньше оборок, чем в голубом, поэтому я именно на нём и остановила свой выбор. Кормилица просияла и заявила, что «мы это запросто, мы это разом»! Так что я с неохотой встала возле зеркала и стала «облачаться» в «платьишко для путешествия». Безжалостное зеркало показывало мне хрупкую девицу с большими глазами удивительной синевы и русыми, слегка вьющимися локонами, которые были уложены в лёгкую, соответствующую раннему времени, причёску. Маленький вздёрнутый носик и губки бантиком довершали жуткий образ хорошей девочки.
Не то, что я горела желанием, чтобы окружающие придерживались обо мне именно такого мнения, но для меня это было выгодно, поэтому я была совершенно не против, когда мой отец, вздохнув, говорил, что мол, у меня одни только наряды и украшения на уме, нет, чтобы взять пример с кузины! И всегда добавлял, что вот, где настоящая дочь своего отца, не то, что я – тихий ангел.
Я сокрушалась вместе с папенькой, но делать ничего с этим не собиралась. И сейчас медленно, как и подобает прилично воспитанной молодой леди, спускалась в малую столовую, где проходил завтрак. На лестнице я заметила кузена Роба, который тоже брёл вниз, напевая что-то по пути. «Сквозняки, сквозняки, сквозняки мою душу водили к закату…» расслышала я и окликнула кузена.
