Однажды, когда я была исполнительным директором или президентом Форума, нам отчаянно потребовались деньги. Поэтому я попросила ее прибыть к нам на торжественный прием и исполнить роль почетного гостя[187]. Она согласилась, но сказала, что не будет выступать, а только поприсутствует на нем. И мы устроили обед в воскресенье, перед вечерним заседанием Форума. В результате нагрянуло немыслимое количество желающих.
Как только стало известно о ее присутствии, объявилось большое количество гостей Форума, нам даже пришлось прекратить продажу билетов. Во время обеда гости подходили к ней с подарками, иногда достаточно ценными: драгоценностями и тому подобными вещами. Она не приняла ничего. Я сидела рядом с ней и видела это собственными глазами.
Она выслушивала похвалы и комплименты, однако подарки, предметы материальные не брала.
Она говорила: «Что вы, я не могу это принять». Не уверена в том, что точно воспроизвожу ее слова, однако, выражая благодарность, она не брала ничего. На мой взгляд, этот факт кое-что говорит о ней.
Правильно; потом она отправилась немного отдохнуть, a когда вернулась, говорила так, будто ничего вообще не произошло, однако в жизни Форума это был чрезвычайно важный момент.
O да. Мы всегда нуждались в деньгах. Мы не платили ей за выступления, однако оплачивали многих наших ораторов, так что нам были нужны деньги для этого, а также для поездок и других расходов — то есть на оплату их пребывания. Словом, мы решили придумать какую-нибудь уловку, способную привлечь публику, поэтому решили устроить аукцион рукописей выступавших на Форуме известных людей, и Айн Рэнд была одной из них. Она предоставила нам текст речи со сделанными ее почерком исправлениями.
Мы известили людей о своем намерении, и на аукцион собралось много народа. Не могу сказать вам, сколько именно, однако больше, чем пришло бы на обыкновенный обед с аукционом. Кажется, за эту речь мы получили 10 000 долларов. За приобретение рукописи спорили несколько человек. Остальные письма ушли за более приемлемые суммы. Мы распродали все, включая фотографии некоторых из наших ораторов. Продали все, что попало под руку.
Совершенно верно. Это произошло потому, что исправления в текст она вносила собственной рукой.
Айрис Белл была замужем за представителем NBI, занимавшимся записями лекций.
Даты интервью: 11 мая и 10 июня 1999 года.
Скотт Макконнелл:
Айрис Белл: Мой тогдашний муж Эд Нэш[188] работал представителем NBI. В конце 1962 года его стали приглашать на мероприятия ближнего кружка Айн Рэнд. Нас пригласили на новогодний вечер у Блюменталей, там присутствовала и Айн Рэнд.
В середине 1962 года, когда Эд сообщил Брандену о том, что его переводят в Чикаго, они попросили его организовать там лекции NBI.
Идея осенила Эда Нэша. Эту речь Айн произносила также в каком-то другом месте[189]. Он переговорил с Айн и Натаном. Они согласились, и мне пришлось проработать около двух месяцев. Мы арендовали небольшой офис в Чикаго, и я сделала все необходимое, оформила объявления, приготовила конверты, надписала их и наклеила марки, наняла телефонисток и позаботилась о продажах.
Незадолго до ее выступления мы съездили в Нью-Йорк. Напечатали несколько очень больших плакатов, рекламирующих ее выступление — такие плакаты обычно вывешивают на стенах заброшенных зданий, и наняли людей, чтобы они сделали это. Разрабатывая плакаты, я сказала Эду, что нам нужно обратиться к Айн, чтобы она получила возможность одобрить их. Он сказал мне, что не нужно, что мы все делаем правильно, и она уже выразила ему свое одобрение. Мы приехали к ней с этим громадным плакатом, развернули его и показали ей вместе с рекламными листками, оранжево-желтыми, с крупным черным шрифтом и ее фамилией Рэнд посреди них. Увидев все это, она пришла в ужас, спросила: «Неужели это окончательный вариант? Мне это не нравится». Эд честно признался ей в том, что я предлагала ему показать ей эскизы, сказал, что впредь будет слушать мои советы, что бы я ни сказала.
