Тамми: Да. У меня остались такие же. Я получала первые выпуски марок, посвященных каждому запуску. Любой из выпусков NASA в ее коллекции начиная с того года в течение пяти лет получен от меня. Я посылала ей марки всякий раз, когда получала свои.
Я была деловой девицей и не любила писать письма.
Да. Я думала, что было здорово, что нашелся человек, написавший статью на эту тему и напечатавший ее в журнале. Я была в восторге, увидев ее.
Эрл: Я был удивлен тем, что у нее не было собственных детей, потому что она очень умело обращалась с ними.
Эрл: Он прекрасно относился к детям: он был очень любезен с ними.
Джейн: Она получала большое удовольствие от общения с детьми. Они плавали в нашем бассейне, и она с удовольствием слушала их смех. Она сделала Тамми небольшой подарок, колечко для ключей.
Тамми: Мама забрала у меня это колечко и вставила его в ожерелье. Она говорит, что я довольно долго носила его.
Эрл: Мы немного говорили о моей работе. В то время я был инженером и работал в области наземного обеспечения.
Джейн отвезла их до автобуса, шедшего до космического центра. Для доставки зрителей из города на Мыс
Тамми: Они были заворожены. Как и все мы. Насколько я представляю, у них были пропуска в особую зону для зрителей.
Эрл: Мистер O’Коннор получил очень глубокое впечатление. Они оба были в восторге.
Томми: При своих знаниях и опыте она была очень интересным собеседником.
О том, какой была жизнь в России до того, как она уехала из нее, и жизнь эта была не такой, как пишут в учебниках истории… о трудностях жизни в то же время.
Джейн: Об угнетении в России.
Эрл: Она рассказывала о железных дорогах и прочих проблемах, a я очень консервативен, особенно когда речь идет о проблемах железной дороги, потому что примерно в то время железные дороги были в упадке, как она и писала в
Она и в самом деле была против социального обеспечения. Мы говорили об этом, потому что здесь, на юге, многие люди пользуются социальным обеспечением. Мы более-менее согласились на том, что весь мир на собес не переведешь. Она произвела на меня очень глубокое впечатление. Я сам придерживаюсь консервативных убеждений, и потому прекрасно понимаю ее идеи.
Она рассказала нам, что является русской еврейкой, и приехала в нашу страну молодой девушкой, устроилась на работу к Сесилу Демиллю, где и познакомилось со своим мужем.
Эрл: Очень мило, непринужденно, на равных.
Джейн: Он говорил немного. Он просто присутствовал, пока она говорила, и помалкивал в основном. Фрэнк был высоким и худым. Даже несколько хрупким. Он всегда разговаривал с детьми. Ему было приятно с ними.
Эрл: Я скажу, чем мы произвели на нее впечатление: собранием сочинений Виктора Гюго. Насколько я понимаю, он был одним из ее любимых писателей.
Джейн: Она ни с кем не встречалась, особенно с прессой. Она сказала, что после отъезда мы можем рассказывать прессе о ее пребывании в нашем доме, но до тех пор не хочет, чтобы ее беспокоили.
