" На следующей неделе выхожу на работу, а даже не чувствую себя отдохнувшей- глубоко вздохнула,- и Сашка, боюсь, послезавтра выкинет какой-нибудь фортель. Что ему неймется мне досадить, как будто мало нервов потрепал! - на дне синих глаз залегла тревога,- ...еще с этими хлопотами свои дела забросила. Блин! Квартиру надо искать, а я с чужими детьми по магазинам хожу. Да..да..никто не просил, просто сама дура, навязалась. Со стороны это, наверное, выглядит еще хуже. Рыба - прилипала. Какая же я зануда - хлопнула себя по лбу - копаюсь, копаюсь, а что толку. Влад этот просто нашел в моем лице безотказную няньку, вот и все. Этими встречами делаю только хуже, привязываюсь к девочке все сильнее. Да и Лиза начала привыкать ко мне, неужели он так со всеми женщинами себя ведет? Зачем напросился вместе погулять? Умаслить хочет? Нет! Если опять с ночевкой, я не соглашусь!- вспыхнула, сомкнув губы, - Лизе нужна мама. ОДНА. А не табун девиц, вьющихся вокруг ее папаши"- эта мысль привела девушку в расстройство. В глубине души она понимала, что истинным поводом для беспокойства был именно Влад. Она не знала, как теперь к нему относиться, как так случилось, что они стали плотно общаться.
Запихнув в рот последний крендель, девушка тяжело выдохнула. Места в желудке совсем не осталось. За этими размышлениями она уговорила целый пакет сдобы. Переваливаясь словно утка, Ника поймала собственное отражение в длинном зеркале: "Забавно, не зная, сколько я съела плюшек, можно подумать, что у меня как минимум третий месяц беременности". Улыбнувшись, она впервые с легкостью восприняла упоминание о вожделенном животе.
"А ведь всего несколько месяцев назад я подушку подкладывала, чтобы помечтать, а потом ревела, как дура, что схожу с ума от желания иметь ребенка. Правильно Ритка говорила - переключиться надо, может и нет никакого зла в том, что мы общаемся.."- подумала, смахнув колючие крошки с груди.
- Я спать - сказала Ника, проходя по коридору мимо Гуффа. Тот, казалось, не придал особого значения этим словам.
Примирение произошло неожиданно. Как только Ника прилегла на диван, укрывшись теплым пледом, две пары золотистых лап принялись карабкаться наверх.
- Так и быть, разрешаю, только в ноги - разнежено промурлыкала девушка, положив журнал на круглый столик. Свернувшись калачиком, маленький непоседа умиротворенно засопел.
"Темно. Слишком. Черт, сколько я проспала?"- опомнилась Ника, приподнявшись на локте. Сквозь тонкие шторы незатейливо мигал знакомый фонарь, словно намекая о количестве упущенного времени. Оглядевшись, девушка потерла сонные глаза и откинула плед. В комнате было достаточно прохладно. " Форточку не закрыла"- подумала Ника, вяло перебирая конечностями. Вечерняя прохлада беззастенчиво проникла в кухню сквозь приоткрытое окно. Взглянув на часы, она обомлела. Стрелка приближалась к семи часам.
- Вот это я поспала - удивленно округлила глаза,- Гуф, ты готов к встрече со старым другом, я надеюсь? - обернулась назад, услышав цокот когтей. Хорошо, что память щенка оказалась столь же короткой, как и его хвост - он не выразил совершенно никакого беспокойства по данному поводу.
- Вот и ладно, поужинаем и гулять - воодушевленно сказала девушка, мельком поглядывая в темное окно, усыпанное дрожащими каплями.
Все время не выходила из головы мысль о Владе и его дочери. Происходящее казалось странным и неправильным. "Что может связывать одинокого воспитателя детского сада и замкнутого отца- одиночку. Ребенок. Правильно, только нужна ли эта связь самой девочке? Что будет, если она привяжется, доверится, дети так быстро впускают в сердце выбранных людей "- Ника с задумчивым выражением лица доедала скромный ужин. В голове периодически всплывали непрошенные картинки утренней встречи: взгляд Влада, обжигающий пристальной неподвижностью, его упрямые губы, выпускающие очередное кольцо дыма, ямочка, мелькающая в редкие секунды улыбки. Все в нем теперь приковывало внимание. Упрямые глаза ловили каждый его жест, подмечая изменения в настроении. Ника с сожалением признала, что сегодняшним утром она обращала куда большее внимание на Влада, нежели на маленькую непоседу.
" Это очень плохо. Не хватало снова вляпаться в историю"- закусила щеку изнутри. Тем не менее, слушая доводы разума, она не смогла обмануть себя. При упоминании о темноволосом мужчине, сердце болезненно сжималось, покрываясь легким ментоловым холодком. В памяти снова вспыли его руки, привлекающие под купол зонта. В этом легком прикосновении было столько покровительственной силы, что, не успев опомниться, Ника оказалась прижатой к мужскому плечу. Они шли в унисон, стараясь не смотреть друг на друга. Рядом с ним Вероника чувствовала себя крохотным птенцом, укрывшимся под крылом большой и сильной птицы. Столько лет она лишала себя возможности почувствовать это.
