— Если оно, то все мы крепко попали, — мрачно отозвался Аодхэн. — Ты знаешь, чем это грозит.
Ректор издала какой-то сдавленный, придушенный звук.
— Доказательств нет, Аодхэн.
— Конечно, нет. Откуда бы им взяться? Lаstfаtа официально не существует. Ни свидетелей, ни описания… Но мы с тобой знаем, что она реальна. Мы видели. Не так ли?
— К сожалению, — вздохнула госпожа ректор.
— Камелия тоже не верила в lаstfаtа, — настолько тихо, что я едва смогла расслышать слова, ответил разрушитель.
Гнетущая тишина повисла за дверью, и я напряглась. Кажется, давно пора уносить ноги. Но любопытство пересилило страх быть застигнутой.
— Ты вспоминаешь? — со странной интонацией спросила Аделия. — Ее?..
— Нет, — последовал равнодушный ответ.
Звякнули блюдца. Булькнула вода.
— Подождем до праздника, — твердо произнесла Аделия. — Я надеюсь, все не так плохо. Мы могли ошибаться тогда, Аодхэн, мы были так молоды. И можем ошибаться сейчас. Подождем. Кстати, Мариус Вандерфилд потребовал, чтобы совет академии разрешил его сыну тренировать аспида. Очень настойчиво потребовал. Пришлось сослаться на устав.
— Надо было просто послать его в задницу, — угрюмо протянул Аодхэн, и я чуть не прыснула. Оказывается, наш строгий преподаватель умеет ругаться! — Мариусу плевать на сына. И он не понимает, что Эш погибнет, если снова сунется к аспиду. У парня просто не хватит сил сдержать эту тварь.
— Но парень тоже требует это разрешение. И боюсь, тренируется самостоятельно в питомнике. И еще эти состязания!
— Разрушителям надо выпускать пар, Аделия. Пусть лучше так, чем они разнесут ВСА.
— Конечно. К тому же, это вполне устраивает тебя, ведь так? Их состязания вполне можно считать ещё одним уроком, весьма действенным. Но аспид, Аодхэн. Эш настаивает. И я не знаю, как его удержать!
— Ты не сможешь удержать Эша. Он — Вандерфилд, — с непонятой интонацией произнес Аодхэн.
— К сожалению, ты снова прав, мой друг, — вздохнула ректор.
За дверью повисла тишина, нарушаемая звяканьем чашек и бульканьем чая. Я сделала осторожный шажок в сторону.
— Аделия, когда ты перестанешь прятаться за этой жуткой носатой иллюзией? И передай мне джем.
— Кто бы говорил, — с грустным смешком отозвалась женщина. — Никогда, мой друг. Быть красивой и молодой чароодаренной женщиной в нашем мире слишком опасно. Так что пусть будет так. Меня терпят на посту ректора лишь пока я изображаю ворону, сам знаешь. Впрочем, я давно готова уступить это место тебе, Аодхэн.
— Не выйдет, — весело усмехнулся мужчина. — Министерство никогда не одобрит мое руководство. И это ты тоже знаешь, ненаглядная Аделия.
Мужчина тихо рассмеялся, словно в сказанном было что-то забавное.
А я подумала, что пора бежать. Не оглядываясь. Если меня тут застанут…
Словно почувствовав, разрушитель спросил:
— Ты давно обновляла заклинание непроницаемости? Мне показалось…
— На днях. Но зачем спрашиваешь, ты ведь видишь — оно на месте.
— Да, конечно. Вижу…
Я тихонько отлепилась от стены и почти не дыша поползла в сторону лестницы. А за ней уже припустила, что было мочи. Но что я сейчас услышала? О чем говорили в ночи эти двое? Что грозит Эшу?
К сожалению, ответов не было.
Миновав галерею, пару поворотов и слетев на этаж вниз, я выдохнула и села на ступеньку, раздумывая. Однако… Похоже, за плечом женщины-вороны тенью стоит профессор разрушения. И возможно, именно он принимает в академии основные решения. Подслушанный разговор оставил внутри ощущение непонимания и страха. Что скрывают эти двое? Что случилось с Эшем? И о какой девушке говорила ректор?
Поначалу я подумала, что речь об Алиссии. Но упоминание Альшера Вельвета заставило сомневаться. Неужели, говорили… обо мне? Нет, глупости. Я и Вандерфилд в одном предложении — смешно ведь. Но червячок сомнения и беспокойства продолжил точить меня.
Ведь и со мной что-то происходит. Что-то странное. Мои чары, откуда они? Аодхэн упомянул динамический потенциал, он видит его во мне? Но почему ничего не говорит? Что за тайны?
И что такое это загадочное lаstfаtа? Почему самые сильные заклинатели ВСА говорят о нем с испугом?
Я подперла подбородок кулаком, копаясь в памяти и выуживая слова мертвого языка. Lаst… fаtа… Если разделить на составляющие и перевести… То получится — копье судьбы. Или карающее копье. Или возмездие. Или… начало и конец. Разрушение и создание.
Проблема в том, что многие слова в чароите имеют несколько значений. Какие именно имелись в виду?
И почему мне так не нравится то, что я услышала?
Боги. Во что я вляпалась?
Шуршание под ступенькой отвлекло от размышлений. Неужели крыса? Но из-за перил показался вовсе не серый наглый зверек, а белая длинная морда!
Я застыла, боясь спугнуть зеленоглазое нечто. Существо неуверенно втянуло носом воздух, чихнуло. Бочком выползло из-за ступенек, не спуская с меня настороженного взгляда. Я медленно протянула ладонь.
— Иди ко мне, не бойся, — заворковала я, исступленно припоминая заклинания разрушения. Так, там ударение на первый слог или второй? От всех этих ночных прогулок ум за разум заходит!
