И его письмо. То самое, которое я так и не нашла.
Мой взгляд скользил по строчкам, а сердце застывало кусочком льда. Если бы эти слова сказал мне любимый человек, какой счастливой я стала бы. Йен писал о своих чувствах и ожиданиях, как пишет обычный, малообразованный парень из Котловины. Просто, искренне и потому ужасно коряво… И я видела за словами с ошибками его — черноглазого и улыбающегося, того молодого мужчину, что день за днем ждал понравившуюся девушку возле памятника святому Фердиону. Она не приходила, а он продолжал ждать…
Я хлипнула носом.
Йен написал так, как чувствовал. Бесхитростно и просто. Но то, что могло стать невероятно трогательным признанием в любви, стало циничной и жестокой насмешкой.
Корявые строчки признания выложили в «Хроники» на потеху. Вывернули наизнанку, понимая, насколько нелепы выглядят чувства обычного землекопа. И я ощутила, как внутри поднимается злость.
Внизу темнела надпись:
«Как сообщил «Хроникам» достоверный источник в лице Ари Бергенс, влюбленные с трудом пережидают расставание и ждут того часа, когда смогут соединиться. Свадьба назначена на лето, пожелаем прекрасной паре любви и согласия. Группа доброжелателей решила помочь нашей студентке и пригласить принца-землекопа в академию. Сегодня мы все сможем увидеть возлюбленного поломойки из Котловины. Приходите в главный зал ВСА. Вас ждет грандиозное представление. Мы обещаем!»
Я скомкала гнусное послание, осмотрелась. Со всех сторон на меня поглядывали и перешептывались. Кто устроил мне эту пакость? Магма с Алиссией? Отвергнутый Ривз? Или… Вандерфилд?
Что за зрелище обещано студентам? Чего еще ждать?
Святой Фердион. Надо остановить Йена. Надо предупредить его!
Развернувшись, я бросилась на первый этаж, молясь, чтобы успеть. Хоть бы Йен не пришел. Наверняка ему прислали записку от моего имени, позвали на свидание. Хоть бы он заболел, опоздал, не смог!
Слетела по ступенькам и замерла. В главном зале собралась толпа, а я так надеялась, что эта глупая насмешка никого не заинтересует. Но какой там. Под огромной люстрой уже теснились студенты разных курсов, потрясая «Хрониками ВСА» и делая вид, что просто прогуливаются. Девушки перешептывались, парни позевывали, но тоже не уходили.
И везде, везде желтели проклятые листки. Это сколько же бумаги извели, чтобы поиздеваться надо мной!
— Вот он! — крикнул кто-то.
Йен?
Я растолкала чужие спины, пытаясь пробиться.
— Да пустите же!
— Тина. Как же я рад тебя видеть! — Йен непонимающе оглянулся на глазеющих студентов и широко улыбнулся.
Я окинула парня быстрым взглядом. Серые штаны из грубой ткани, как у многих работников Котловины, стеганный ватный жилет, под ним — свитер грубой вязки. Тяжелые ботинки со сбитыми носами, аккуратно начищенные и натертые коричневой ваксой. Взъерошенные каштановые волосы. Взгляд, в котором испуг смешался с восторгом. Он рассматривал хрустальную люстру, мраморную лестницу и колоны, открыв от удивления рот. Одним словом — окраина. Среди студентов ВСА парень смотрелся нелепо и смешно. Так же, как смотрелась я в свои первые дни.
В руках Йен мял вязаную шапку. И держал несколько желтых кленовых листьев.
— Тина, какая же ты красавица! — выдохнул он. Протянул мне шапку, смутился и отдал свой осенний букет. — Вот… нашел… Тебе.
— Спасибо, — выдохнула я, незаметно отталкивая его к выходу. — Нам надо выйти…
— Постой, я получил твою записку. Ты правда хочешь выйти за меня замуж?
— Что? — опешила я. Злости внутри стало больше. Вот же гады. Так, значит?
— Тина, я не против! — гаркнул Йен, продолжая терзать свою шапку. — Ну, то есть… Я согласен. Фу… Выходи за меня. Как-то все это странно, конечно…
— Йен, мы поговорим на улице, — почти простонала я, хватая парня за руку.
— Но почему? Я никогда не был в академии… Да я и в центре-то не был… Святые праведники, да ты же будущая чароисса. Вот заживем!
— Заклинательница, — поправила я, продолжая тащить упирающегося Йена к выходу. Процесс сильно затрудняло то, что парень весил как минимум в два раза больше меня, уходить не хотел и глазел по сторонам с восторгом ребенка. Ну и ещё то, что зеваки окружили нас плотным кольцом, мешая пройти.
— Он сделал ей предложение, вы слышали? — завопила в толпе какая-то девица.
— Достойная пара, — с насмешкой отозвался мужской голос. — Поломойка и землекоп!
— Котловина к котловине…
— Жуткая одежда…
— А мне он кажется милым…
— Фу, Кэйти, ну и вкус у тебя!
— А что здесь происходит? — дошло до Йена.
— Кто-то жаждет бесплатного развлечения, — прошипела я. — Идем, я все объясню…
— А поцелуй будет? — снова чей-то выкрик.
Йен глупо улыбался, вертел головой, явно не понимая, куда попал. Я тащила нас к выходу. И тут впереди выросла темная фигура. Подняла глаза — Ривз. На лице все еще следы состязания, губа разбита. Но глаза прищурены насмешливо.
На меня он глянул лишь раз, повернулся к Йену. И выдохнул почти неслышно:
— Жарко…
Рука парня в моей ладони стала горячее. Он втянул воздух и замер столбом. Повернулся ко мне.
— Нет-нет! — почти завопила я. — Не вздумай поддаваться. Йен!
