Что ж, это правда. Пальцы предательски дёргаются, тянутся к колоде у бедра. У меня ещё есть Колесница, которую дал Сайлас, но использовать её — только в крайнем случае.
— Очень… — начинаю я, но меня перебивают.
— Клара, — ровно произносит Алор. Она стоит в дверном проёме, столь же удивлённая видеть меня, как и я её. — Вот ты где. — Она стремительно приближается, её взгляд падает на моё запястье в руке Стеллиса. — Проблемы, Илван?
— Король велел следить за ней. Мы хотели отвести её к нему…
— Ты держишь будущую принцессу Орикалиса так, словно она уличная девчонка, — прерывает Алор тоном, в котором звучат и возмущение, и укор. Я замечаю, что она одета не в бальное платье, как остальные студенты, а в практичные кожаные доспехи под облегчённым вариантом брони Стеллисов. Она выглядит как новобранец в их рядах. — Мы из Клана Башни служим короне.
— А сама корона приказала нам привести её, — в голосе Илвана появляется неуверенность. И я с радостью уступаю Алор инициативу.
Она качает головой, театрально вздыхая, будто не верит, что вынуждена объяснять очевидное:
— Вряд ли имелось в виду тащить её, как мула на верёвке. Отпусти. Я сама доставлю её королю.
На миг кажется, что Илван хочет возразить. Но он не решается. Его пальцы нехотя разжимаются.
— Так-то лучше, — Алор держится так, словно это ей подчиняются Стеллисы, хотя они явно выше её по званию. Я и не ожидала меньшего от дочери Верховного Лорда Клана Башни. — Клара, прошу, идём.
Я прохожу мимо Стеллисов, голову держу высоко, даже если сердце колотится в бешеном ритме. Их взгляды сверлят мне спину, пока я иду за Алор. Я даже нарочно прибавляю в движении лёгкое покачивание юбок, пока она ведёт меня в соседнюю комнату.
— Что ты творишь? — шипит она, едва за нами закрывается дверь. — Тебе здесь не место… Знаешь что? Лучше я не буду знать, чем ты занимаешься. — Алор трет переносицу, устало вздыхая. — Вон та дверь, потом направо — и прямо до бального зала. Иди, пока тобой ещё кто-то не заинтересовался. Если спросят, скажем, что мы пытались найти короля и не смогли.
— Спасибо, — мои слова окрашены куда более сильной эмоцией, чем простое облегчение.
— Рано благодаришь. Ты всё ещё в опасности, и не ото всех я смогу тебя прикрыть.
Я отхожу, не собираясь упускать её помощь. Но, уже взявшись за ручку двери, замираю — она окликает меня по имени. Я оборачиваюсь, и Алор подходит ближе, вытаскивая из кармана сложенный листок. Я настороженно смотрю на него, вспоминая просьбу найти информацию об Арине… и о матери.
— Про твою сестру я почти ничего не нашла, и это меня зацепило. Я копнула глубже. Имя Лейлис помогло — так что спасибо за наводку. — Она берёт моё правое запястье одной рукой, а второй вкладывает бумагу в ладонь. Но не отпускает сразу, будто сомневается, стоит ли делиться.
Её взгляд цепляется за мой, и сердце колотится быстрее, чем минуту назад при встрече со Стеллисами. В её глазах — страх. Настороженность. Лишь сила воли заставляет её разжать пальцы.
— Теперь это касается не только тебя.
— Что ты нашла?
— Пока недостаточно, — отвечает Алор, кивая на дверь. — Поговорим после бала.
Я молча киваю и выхожу, следуя маршруту, что она описала. Но, не дойдя до дверей бального зала, останавливаюсь и разворачиваю бумагу в ладони. Воздух срывается с моих губ резким вдохом.
То, что я приняла за один клочок бумаги, оказывается тремя, сложенными друг в друга.
На первом — дата, примерно два месяца после Фестиваля огня, почти два года назад. Всего через несколько недель после того, как меня схватили. На нём написано:
«Арина Дайгар, задержана стражей Города Затмения. По словам главного стража, отправлена в шахту № 23.
Записи о прибытии Арины Дайгар в шахту нет.»
В этом нет ничего неожиданного, и всё же во рту появляется горечь, соответствующая тому, как выворачивает мой желудок. Я разворачиваю следующий лист. Это заметки Алор:
«Записи о причастности Равина. Запрашивал именно её? Охотился за ней? Почему именно она?»
Я переворачиваю к последнему листу — и моё сердце останавливается. Эта страница не похожа на другие. Она выцветшая, пожелтевшая от времени. С одного края — рваный край.
И всё же, даже спустя столько лет, я узнала бы этот разрыв где угодно. Я готова поклясться, что если прямо сейчас проберусь в штаб стражи, куда мне уже удавалось проникнуть, и достану их журнал, то этот лист идеально состыкуется с вырванной страницей — той самой, что отсутствовала в день смерти матери на Провале. Той, которую я так долго искала. Той, что хранит доказательство её убийства и имя убийцы.
На ней написано:
«Лейлис Дайгар.
Убита по приказу Верховной Леди Хелены Венталл.
