Ваританы замерли в ужасе, словно с небес явилась сама смерть. А впрочем, так оно и было. Вампиры и есть их смерть, от них нет спасения! Однажды они уже перебили бо́льшую часть варитов. И здесь история повторится...
Все планы клавров, очевидно, провалились – вампиры успешно здравствуют и поныне. Зато теперь понятно, куда девался отряд Лозвилла – наверняка его так же встретили крылатые убийцы.
Вампиры окружили лагерь. Их, правда, было намного меньше, чем ваританов. Однако, как показывал прошлый опыт, каждый вампир стоит десятка, а то и сотни варитов. И вряд ли есть повод мечтать, что местные вампиры окажутся слабее предыдущих.
Одним словом, они все обречены. Хотя, конечно же, без боя не дадутся!
Но раньше, чем Минзиалл, командир отряда, успел дать команду к бою, один из вампиров заговорил – на языке варитов. Страшно удивлённые, ваританы обратились в слух. Говорил вампир – точнее, читал с листа, как видели те, кто находился рядом – медленно, стараясь как можно чётче произносить слова. Правда, с ужасным акцентом, но понять его было возможно.
И первая же фраза вызвала среди ваританов шок. «Вы не должны бояться, мы не собираемся убивать вас». Чего-чего, а милости от вампиров они точно не ждали. Требование куда-то отправиться с ними и угрозы на случай неповиновения удивили уже меньше. А вот переданные бордгирцем слова Лозвилла «вампиры не враги – они наш единственный шанс!» повергли в ещё больший шок, нежели первая фраза.
Как только крылатый оратор закончил говорить, все взоры обратились к Минзиаллу. Воочию видеть его могли лишь те, кто находился поблизости, но командир сейчас ощущал на себе взгляд каждого из десяти тысяч ваританов. Все ждали его решения, прекратив переговариваться между собой даже вполголоса.
Но сразу Минзиалл не знал, что сказать своим ваританам. Вампиры хитры и беспощадны. Их обещание безопасности вполне может оказаться ловушкой. Зачем им вести пришельцев куда-то как не на убой – чтоб напоить их кровью себя и сородичей? Только откуда им известно имя Лозвилла, и кто перевёл для них слова на язык варитов? Этого не мог сделать даже Лозвилл, ведь он также не знал местного языка.
Пожалуй, прежде чем принимать решение, следует попытаться узнать ответ хотя бы на этот вопрос.
Пробравшись сквозь толпу своих, расступавшихся перед ним, Минзиалл подошёл к оратору, всё ещё державшему в руке лист с текстом.
— Кто? — спросил он, тыча пальцем в бумагу. — Кто это перевел?
Вампир помотал головой – мол, не понимаю.
Минзиалл взял у него лист, начал водить по строкам воображаемым пером, делая вид, что пишет, и снова спросил «кто?»
— Грэдиан-Гор, — произнёс вампир.
Хм. Грэдиан действительно мог бы перевести. Только вот почерк был совсем не его.
Минзиалл помотал головой.
— Грэдиан – нет! — и он выразительно перечеркнул строки на листе.
Вампир удивлённо поднял бровь. Затем ткнул пальцем в строчки и повторил:
— Грэдиан!
Почему вампир продолжает утверждать, что это писал Грэдиан, когда писал явно не он? Минзиалл снова помотал головой. Спор явно имел шансы затянуться, тем более что ни один, ни другой не мог привести оппоненту никаких доводов.
Минзиалла тронула за плечо его жена:
— Нурва́лю совсем плохо. Он зовёт тебя.
Варит кинулся обратно в центр лагеря, к своему фургону. На Ледяном Роге на караван напали твари. Всего три. Но они успели подрать около двух десятков ваританов, пока их убили. Больше всего досталось Нурвалю, младшему брату Минзиалла. Кому-то, правда, твари откусили руку, кому-то ногу, но покалеченные держались, раны вроде бы потихоньку заживали. И до недавнего времени была уверенность, что потом тела можно будет сменить на выращенные.
У Нурваля руки-ноги были на месте, но его очень сильно изодрали. Поначалу он отчаянно боролся за жизнь, в какой-то момент даже стало казаться, что выживет, и всё будет хорошо. А потом раны стали воспаляться. Может быть, виной тому проклятый мороз. С каждым днём Нурвалю становилось всё хуже и хуже. Видимо, теперь он позвал брата проститься.
Отдёрнув полог, Минзиалл забрался в фургон. Но Нурваль уже метался в горячке и даже не узнал его. Ну вот, из-за этих проклятых кровопийц он даже сказать брату последнее «прости» не успел! Минзиалл взял в руки горячу кисть Нурваля и в отчаянии прижался к ней лбом.
— Что им здесь нужно? — с тревогой спросила жена.
Минзиалл поднял голову – возле полога стояли двое вампиров, оратор и ещё один. Оба пристально смотрели на Нурваля.
— Ещё немного, и парню конец, — заметил Итор.
— Но попытаться можно, — ответил своему спутнику Кридирнор.
— А если для них и наша магия – яд?
— Вот сейчас и выясним, — сказал Кридирнор. — В крайнем случае, парень умрёт на несколько часов раньше.
— Не думаю, что начинать знакомство с убийства – хорошая мысль, — возразил ему Итор.
— А начинать его с неоказания помощи умирающему, по-твоему, лучше?! В конце концов, под контроль варитов уже брали – и ничего, все оставались живы.
