Ещё, наверное, с минуту Дамреби фокусировал взгляд на своём бокале. Арронорат даже успел потерять надежду, что им удастся добиться от него хоть слова.
— Всё! — открыл-таки рот виконт. — Я увидел в окно, как Лиссант зачем-то заводит её в казарму вампиров... И сразу кинулся за ними. Она... эта тварь снова стала жутко бояться вас! В смысле, вас, — он посмотрел на Айнвора.
Получалось, что Дамреби действительно слышал
— Дамреби, не рубите с плеча, — сказал Айнвор.
— Не рубить с плеча?! — взвился виконт. — Эта гадина убила мою жену!
— Которая никогда не любила вас, вышла замуж чисто по расчёту и изменяла вам направо и налево.
— Это
— Не думаю, что она лжёт, — вставил Арронорат.
Дамреби выхлестал ещё бокал:
— Нет, она лжёт! Лжёт! ЛЖЁТ! Циничная тварь! Она убила женщину, которую я любил, с которой был счастлив. И ещё смеет открывать рот о чувствах!
— А в чём оно заключалось – это ваше счастье с той Итель? — поинтересовался вампир. — В том, что она раскручивала вас на всё новые и новые наряды и таскала по балам, чтобы демонстрировать свои обновки другим таким же расфуфыренным курицам?!
Под его напором Дамреби невольно задумался. Конечно же, что-то общее было... должно было быть! Только после всего выпитого мыслительный процесс вовсе не давался ему.
— Я любил её!
— Ну хорошо, определённый резон в вашей версии есть, — рассудил Айнвор. — Но почему тогда она не уехала с Солси? Почему помешала ему забрать
— Да может... — что «может» Дамреби никак не мог сообразить. В голове крутилось только одно: «потому что она тварь!» Но в качестве ответа на вопросы вампира эта истина никак не прокатывала. Нетвёрдой рукой Дамреби наполнил себе ещё бокал, залив при этом вином четверть стола. В рот тоже попало не всё содержимое бокала, но всё-таки он его осушил. И тогда ответ показался ему уже достаточно логичным: — Сука она – вот почему!
— Она не уехала с Солси, потому что сука? — язвительно переспросил вампир. — Или сука, что не дала вас убить?
Дамреби попытался сфокусировать на собеседнике мутный взгляд – два Айнвора сразу было для него уже слишком. От одного-то не знаешь, как отбиться.
Сфокусировать зрение так и не получилось, и он выдал обоим вампирам гениальную по своей глубине мысль:
— Она сука, потому что сука!
После чего Дамреби поспешил обмыть успех своего мыслительного процесса. Только связываться с наливанием вина в бокал уже не стал, предпочтя просто присосаться к горлышку только что открытой Арроноратом бутылки.
Видя, что расставаться с бутылкой Дамреби, судя по всему, не намерен, Айнвор обречённо вздохнул и отправился за добавкой. Вернулся он с ещё двумя бутылками в руках. Это было уже не Муаранское столетней выдержки, а всего лишь тридцатилетнее Ниво́рское. Однако отведать лучший сорт дамангских вин Арронорат тоже был не против.
Дамреби продолжал лакать из горла Муаранское... и лил при этом слёзы.
— Что ты ему сказал? — осведомился Айнвор.
— Ни единого слова, — заверил его Арронорат.
— По-моему, ему уже хватит.
Айнвор откупорил бутылку и налил вино только в два бокала. Отбирать остатки Муаранского у Дамреби, впрочем, не стал. И правильно сделал – следующим глотком виконт как раз прикончил бутылку.
Поставив пустую бутылку на стол и тут же свалив её на пол, Дамреби с четвёртой попытки поднялся с дивана. Арронорат и Айнвор в недоумении наблюдали за его действиями.
— Кирт, куда вы? — всё-таки спросил вирг, когда виконт, шатаясь из стороны в сторону, направился к двери.
— Надо! — последовал более чем лаконичный ответ.
Дверь за собой виконт не закрыл. Неверные шаги зазвучали в направлении лестницы.
— Он же себе шею свернёт! — воскликнул Арронорат, вскакивая с кресла.
Вирг догнал Дамреби как раз вовремя – чтобы успеть предотвратить его спуск вниз кубарем. Они вышли из донжона. Арронорат подумал, что Дамреби решил пойти помириться или хотя бы поговорить с женой... Но, оказывается, «надо» ему было всего лишь справить малую нужду. Конечно, отправиться за этим на мороз было более чем странной идеей, и хорошо бы, чтобы вандализм командира видело как можно меньше его подчинённых. Но зато, освежившись на крепком морозце и пару раз упав лицом в снег, Дамреби хотя бы немного пришёл в себя.