Академия Блонвур полностью

— Подожди, не кипятись, — продолжал Инри. — Это только с одной стороны. А с другой – ты действительно принадлежишь этому миру. И с данным фактом мы тоже обязаны считаться. Никто не вправе насильно забирать из дома хоть дракона, хоть человека. А по собственной воле ты, как я понимаю, переселяться отказываешься?

— Категорически! — подтвердил кордакиец.

— Ладно, я научу тебя перекидываться, — решил дракон. — Только ты должен будешь пообещать мне не применять свою силу во зло.

— Позволь уточнить, что означает «во зло»?

— Странный вопрос, — нахмурился Инри. — Что-то я уже не уверен, что тебя вообще стоит обучать.

— И всё-таки ответь на вопрос! Во зло кому? — настаивал Лорго.

— Да всем.

— Даже врагам?

— Враг понятие относительное.

— Не всегда, — вмешался Элестайл. — Иногда, напротив, очень даже абсолютное. Например, когда опасность грозит всему миру.

— Поконкретней, — Инри вопросительно посмотрел на него.

— Существует опасность захвата Альтерана пришельцами из другого мира. Собственно, некоторая их часть уже здесь. Имеет Лорго право применить свою силу против них? Или должен сказать захватчикам «добро пожаловать»?!

— А ты был прав – в этом мире отнюдь не всё в порядке, — впервые заговорив, вставила Сэл.

Инри помрачнел окончательно:

— И кто же хочет захватить Альтеран?

— Вариты. Не знаю, слышали ли вы о таких. В прошлом они были людьми. А потом фактически достигли бессмертия, научившись переселяться в новые тела. Вот только далеко не все из них хотят выращивать для себя собственные тела, бо́льшая часть предпочитает убивать людей, захватывая их тела.

— Я понял, о ком ты.

— Основная опасность, конечно, грозит людям, — продолжал Элестайл. — Однако они убивают и представителей других рас. В безопасности лишь вампиры да драконы и то в относительной. Вариты плетут заговоры, усердно стравливая расы между собой.

— Ясно. Нет, в такой ситуации Лорго, естественно, не только имеет право защищать свой мир, но и должен это делать, — резко переменил своё мнения Инри. — Изначально я подразумевал иное. Например, если бы ему вдруг вздумалось, пользуясь своей силой, равной которой нет на Альтеране, прийти к власти... или же перебить всех, кто когда-то сказал ему слово поперёк.

— А если он захочет вернуть себе власть?

— В смысле?

— На протяжении четырёхсот лет Мейнсилоры правили Кордаком. Именно Вейлари стал его первым королём – кстати, нисколько не используя своё преимущество как дракона, он о нём вообще не знал. А вариты, когда появились на Альтеране, признав в Лорго дракона и поняв, что вселиться в него не удастся, попытались перебить всех Мейнсилоров. В отношении сестёр Лорго эти твари даже преуспели. Но самого Лорго и его младшего брата нам удалось избавить от страшной участи. Однако, спасая свои жизни, братья были вынуждены бежать из Кордака. А вариты посадили на трон их дальнего родственника – потомка кровного сына Дьерто.

— Так у тебя есть брат? — заинтересовался Инри. — Родной?

— Да. У него тоже медные волосы и изумрудные глаза, то есть он, безусловно, также дракон.

— Он здесь?

— Нет, — ответил Логвэй. — Найлори сейчас в Лорвейне, мы предоставили ему убежище.

— Жаль, — расстроился Инри. — А сколько ему лет?

— Одиннадцать.

— Отличный возраст для обучения.

— Ну, если ты согласишься учить и моего брата... Его ведь можно будет переправить в Блонвур? — Лорго вопросительно посмотрел на Элестайла.

— Однозначно, — ни секунды не сомневался тот.

— Хорошо, — заключил Инри. — А что касается вашего вопроса. Вернуть то, что принадлежит тебе по праву, безусловно, не возбраняется, — улыбнулся дракон.

Затем он закрыл глаза, то ли погрузившись в какие-то размышления, то ли ещё что. Никто не решился тревожить его, пока он не открыл глаза сам.

— Теперь я точно знаю, что мне так не понравилось в тех каравеллах... — произнёс дракон. — Там были вариты.

Оказывается, Инри был занят тем, что воскрешал в памяти тот момент.

— Значит... — в ужасе прошептала Шелда. — Моего отца больше нет?

— Скорее всего, — хмуро подтвердил Ситал, крепче обнимая её. — Мы ведь уже обсуждали такую вероятность. Наверняка вариты теперь и в теле твоего отца, и в теле твоего бывшего жениха. Думаю, именно этим объясняется его желание всё равно жениться на тебе вопреки вашим устоям.

— Да, наверное, — печально согласилась шелсуинка.

— К слову, — продолжал орк, переведя взгляд на Инри. — В Йон-Гране ты говорил с нами по-шелсуински. Теперь разговариваешь на лимеранском. Вы что, знаете все языки Альтерана?