Мы миновали палатки и вышли на широкую площадь, заполненную народом. Разноцветные высокие фигуры проходивших мимо существ давали понять, что мы среди демонов, и надеяться на помощь со стороны магов бессмысленно. Великое множество разномастных демонов указывало еще и на то, что мы в тех самых граничных землях, о которых я говорил Ласотар. Карлик вел меня к огромному шатру, раскинувшемуся посреди площади, с распахнутым входом, из которого навстречу вышел здоровенный верзила, такой же зеленый, как и мой надзиратель.
– Потомок демонов Света! – только и молвил карл, и лицо громилы вытянулось настолько, что он даже приподнял перед нами полог шатра, хотя это и не требовалось. А потом мы с карлом погрузились в полумрак, в котором пришлось положиться на знание спутника дальнейшего пути. Вскоре света стало больше, и я обнаружила, что зеленокожий привел меня в огороженный тканью с трех сторон закуток, почти всю площадь которого занимала большая клетка с мелкими прутьями. Внутри я заметила женскую фигуру.
– Одна рабыня Ласотара составит компанию другой! – противно захихикал мелкий демон, после чего пассом руки с использованием магического замка распахнул дверцу камеры, вталкивая меня внутрь. – Жди своей очереди, светлая! А то эта милашка скучает в одиночестве, пока ее не выставляют на торгах.
Я упала на колени, зашипев от боли, когда проехалась кожей по песочному покрытию, и с ненавистью взглянула на обидчика. Тот захихикал снова и, помахав мне рукой, покинул огороженную часть шатра. Сил сопротивляться не было, так что мне не оставалось ничего иного, кроме как попытаться устроиться на поверхности и опереться на прутья клетки. В мыслях царил хаос, вызванный неожиданным перемещением. Оценивать здраво поступок Ласотара я не желала, пусть и видела в нем зерно рациональности. Я ведь собственноручно и по доброй воле решила делиться с Дарием энергией, пусть она и шла через Таоришу. Это было целиком и полностью мое решение. И все же… до чего же трудно было мириться с тем, что он и меня посчитал врагом! Вместе с последними мыслями я невольно сосредоточила внимание на второй девушке в камере. Как, интересно, содержат здесь рабынь Ласотара?
Она не подавала признаков жизни. Во всяком случае, неподвижно сидела в углу, прикрыв глаза, и даже не пошевелилась, пока меня вталкивали в клетку. Я отметила худощавость фигуры, облаченной в минимум одежды, представленной довольно откровенным лифом из прозрачной ткани в несколько слоев, расшитом по краям камнями, и юбкой до колен с разрезами по бокам до самого пояса, которая практически ничего не скрывала. Неужели это был комплект рабынь на рынке для осмотра? Это что, для большей привлекательности делалось?
Девушка обладала красивым лицом, и даже впалые щеки не могли испортить впечатления. Кожа ее похожим на Аини образом намекала на оттенок стихии, подвластной хозяйке. Светло–розовый цвет дал мне понять, что передо мной демон Огня. Ярким тому подтверждением были длинные вьющиеся волосы соответствующего оттенка. Интересно, чем она не угодила Ласотару?
– А ты сюда какими судьбами? – словно услышала девушка мои мысли. Неожиданно глубокий для истощенного на вид организма голос заставил волоскам на моей коже подняться – настолько сильный трепет охватил тело при первых звуках, издаваемых незнакомкой. Дева Огня, мигом располагающая к себе? Не иначе, я имела дело с суккубом…
– Делилась жизненной силой с внуком главного врага Ласотара, – просто ответила я, и не надеясь, что меня поймут правильно. Однако девушка удивила – и вместе с тем вложила еще один элемент в непонятную мозаику моей жизни:
– А я вот уже двадцать лет расплачиваюсь за то, что по неосторожности подарила кровь Дюрэю Маерийскому.
От неожиданности заявления я с шумом выпустила воздух, в немом удивлении воззрившись на девушку. Моя реакция заставила ее приподнять одно веко, а затем и раскрыть глаза полностью.
– Так это была ты! – потрясенно заявила я. – Ты дала Дюрэю возможность питаться от других за счет энергии любви!
– Как я, оказывается, знаменита, – усмехнулась девушка, снова прикрывая глаза. – Да…хорош был король. Умело обвел вокруг пальца. Прикинулся жертвой ненавистного водного демона, а потом вымолил несколько капель моей крови. Знала бы я, что потом придется терпеть на себе гнев Ласотара, сто раз бы подумала, прежде чем в постель Дюрэя ложиться.
Я невольно зарделась от чужих откровений, и девушка хмыкнула:
– Не тебе стесняться страсти – ты ее уже испытала, причем взаимно.
Последние слова повергли меня в еще больший трепет, стоило только подумать о том, когда именно я испытала эту самую страсть. Стоило расслабиться, стоило лишь воскресить в памяти образ Гейла, я почувствовала, что теряю самообладание. Ведь больше всего на свете сейчас мечтала сжаться в комочек и поверить, что это не со мной. Нет, я не могла допустить слабины: если уж оказалась в ситуации, когда могла открыть все тайны, связанные со своим прошлым, нельзя было упускать возможность.
– Чем для тебя обернулся гнев Ласотара? – переводя тему, спросила я. – Почему ты на рынке так долго?
