— Сыворотка «Обливиэйт», — перебила Гермиона, поднимая ладони и исследуя его грудную клетку. Ее голос становился тише с каждым прикосновением. — Незаконное вещество, которое вкалывают всем, кто выбрал «ничего не помнить». Я знаю, что не дым временно лишал памяти.
— Ты не должна этого знать. Кому еще ты это рассказала? — Драко отошел от нее, пристально смотря в глаза.
Если Крауч об этом прознает, он убьет ее. Без сомнений.
— Только Гарри, — быстро ответила Гермиона, удивленно смотря на Драко. — Он предупреждал, чтобы я не открывала рот.
— Так почему открыла? — Сам не понимая почему, он разозлился, разрешая эмоциям завладеть им. — На моем месте мог бы быть тот, кто рассказал бы это владельцу. Как безрассудно с твоей стороны!
— Но ты не расскажешь, — прошептала она.
— Нет. Но мог бы.
— Почему ты злишься? — спросила Гермиона, внимательно рассматривая его сжатые кулаки. — Это из-за того, что ты был моим первым? Неужели мысль об этом тебя тоже расстраивает?
— Что значит «тоже»? И… черт, Грейнджер! Перестань дурачиться.
— Как только я поступила в академию, мне начали сниться отрывки того вечера, и в какой-то момент я все резко осознала. Я вспомнила и дым, и тебя, и… ощущения, — на последнем слове ее голос дрогнул.
«Как такое возможно? — задумался Драко. — Вещество не подействовало. Вернее, не так… Оно подействовало, но утратило эффект со временем. Почему?»
— Никому об этом не говори. Поняла? — серьезным тоном прорычал он.
Драко сказал это с таким напором, что Гермиона испуганно вжалась в комод и еле заметно кивнула. Он не хотел повышать голос, но непонимание ситуации и какое-то новое чувство тревоги завладело им.
Драко тихо выругался и заправил упавшую со лба прядь за ухо.
Грейнджер… она в очередной раз показала, что, несмотря на посредственность и глупость, в ней имелось что-то неизведанное, и это заставляло искать ответы, погружаться в исследования и потаенные уголки разума.
Сириус Блэк, продажа участков семьи Грейнджер, сыворотка «Обливиэйт» — на первый взгляд неподходящие друг к другу кусочки пазла, однако чутье подсказывало, что все наоборот. Это была загадка, объединенная прозрачной нитью, и чем ближе Драко подходил, тем запутаннее она становилась.
Из размышлений вывела вибрация телефона.
Пришло сообщение от Тео.
— Я скоро вернусь, — быстро бросил Драко и, не дожидаясь ответа, накинул рубашку, вышел с телефоном на балкон.
[30.11 23:34] Придурок Нотт: Готов проиграть?
Драко напрягся и принялся печатать ответ.
[30.11 23:39] Я: Ты даже не подумал, что я могу сейчас быть с ней и она все увидит?
[30.11 23:40] Придурок Нотт: Ах да, стал подушкой Грейнджер, я и забыл.
[30.11 23:41] Я: Сказала сиделка Паркинсон.
Подул осенний ветер, и Драко поспешил застегнуть рубашку, от холода покрываясь мелкими мурашками.
Уже завтра он поставит Тео на место. Уже завтра он отомстит ему за событие двухлетней давности. Осталось дождаться дурацкого Кубка Первокурсниц, дождаться вечеринки.
Драко не сомневался — Гермиона выберет его, и не потому что он шантажировал ее нарушенными правилами и грозился сделать так, чтобы ее отчислили, нет. Он был уверен, что она привязалась, может, и не к нему, но к его члену точно.
У Тео не было шанса на победу.
[30.11 23:46] Придурок Нотт: Я договорился с одним из организаторов вечеринки. Завтра ей на выбор поставят только нас. Жду не дождусь, как увижу твою разочарованную физиономию, когда Грейнджер назовет мое имя. Я так и предвкушаю заголовок какого-нибудь журнала: «Драко Малфой, платиновый мальчик компании «Malfoy&Apple», проиграл спор на девушку, которая обещала быть с ним». Твой отец будет доволен.
[30.11 23:48] Я: Серьезно? В случае победы ты расскажешь о пари прессе?
[30.11 23:48] Придурок Нотт: Разумеется. В подробностях.
[30.11 23:49] Я: Ты опозоришь не только меня, но и ее. Это мерзко даже для тебя.
[30.11 23:50] Придурок Нотт: Она заслужила.
Драко сжал телефон и заблокировал его.
В его голове крутилось два вопроса: «Почему Тео уверен в своей победе?» и «Как можно быть такой бесчувственной мразью?».
К сожалению, ответов у него не было.
========== Глава 26: Кубок первокурсниц ==========
Гермиона стояла за кулисами Большого Зала и с волнением ждала завершения номинации «Гибкий разум», в которой первокурсницы с факультета Когтевран презентовали свою пиар-кампанию будущих порнозвезд.
Эта номинация отличалась от двух других заблаговременной подготовкой к финалу. На протяжении последнего месяца девушки выбирали любого старшекурсника со Слизерина и пытались сделать из него популярную звезду с помощью интернета, газет академии и сплетен.
Гермиону не особо волновала чья-либо известность в академии, поэтому она не интересовалась, как проходил этап «популяризации змей» — так назвала номинацию Пэнси, когда в один из вечеров они сидели в караоке.
Воспоминание о подруге неприятной болью отдалось в груди, вызывая легкое чувство тревоги.