Та посмотрела на нее через зеркало и, помедлив, саркастично улыбнулась, выгибая бровь. Вид у нее был не располагающий к разговорам, однако Гермиона все равно спросила:
— Что случилось?
Она открыла клатч и протянула Дафне разработанный отцом Джинни спрей от пятен.
Маленький черно-розовый баллончик с прозрачной жидкостью. За несколько дней до мероприятия Седрик под страхом смерти наказал взять его, чтобы, если что, она не испортила платье. Кто же знал, что спрей понадобится не ей.
Дафна равнодушно смотрела на протянутый флакон, не убирая ухмылку. Она не двигалась, изучающим взглядом блуждая по фигуре Гермионы. Через какое-то время ее лицо скрылось за гримасой боли, зрачки расширились.
— Спишь с Малфоем?
Внутри у Гермионы все сжалось. Ей не хотелось, чтобы бывшая подруга Драко знала об их отношениях. Мало ли какую злобу она затаила на него после пережитого.
— Возьми. — Гермиона подошла ближе и поставила спрей около раковины. — Он поможет с платьем. Я пойду.
И когда Гермиона встала спиной к Дафне, та прошипела:
— От тебя так и несет его дурацким парфюмом. Никогда не любила запах алкоголя и пломбира. Так сладко, что сводит рот.
Схватившись за бутылку, она снова сделала глоток.
«Не хочу. Меня это не касается. Не касается, — повторяла Гермиона, борясь с желанием устроить Дафне допрос с пристрастием. — Но как еще мне узнать правду? Вдруг Драко солгал, лишь бы поскорее переспать?»
Гермиона сделала глубокий вдох и развернулась.
— Драко не хотел причинять тебе боль. За что ты его так ненавидишь? — вырвалось у нее.
Дафна с интересом посмотрела на Гермиону и громко рассмеялась. Это выглядело пугающе дико.
— Думаешь, я не знаю, что его заставили? — Она взяла спрей и покрутила в руке. — Я знаю куда больше, чем сам Драко.
— Что ты имеешь в виду? — спросила Гермиона, ощущая облегчение. И хоть ее немного успокоило, что Драко не солгал, ее не покидало чувство тревоги, поселившееся глубоко внутри, как только она зашла в уборную.
Что-то в Дафне было такое, что отталкивало.
— Глупая девочка, — хмыкнула она. — Ты ведь понятия не имеешь, где учишься, да? — Дафна сняла крышку со спрея и начала опрыскивать платье, наблюдая, как пятна алкоголя испарялись с ткани, окружая ее легким розовым дымом. — Академия Икс или, вернее сказать, «Змеиное логово». Место, где концентрируются самые мерзкие, тщеславные и властолюбивые отпрыски порноиндустрии. И если ты тут учишься не из-за денег, тебя либо заставили родители, как большинство из нас, либо ты конченая извращенка.
Дафна развернулась спиной к зеркалу и теперь в открытую буравила Гермиону взглядом.
— Я вовсе не…
— О, еще какая, детка! — вдруг повысила она голос и запрокинула голову, опираясь руками на раковину позади себя. — Или ты правда думаешь, что публичный секс, вечеринки с насилием и откровенной жестью — это нормально? Так и должно быть? Серьезно? — Дафна посмотрела Гермионе в глаза со жгучей яростью и презрением. — Нормально обучаться у каких-то стариков умению отсасывать и стонать?
Гермиона сделала шаг назад. Дафна говорила так резко, что каждое слово ощущалось пощечиной.
— Блядь! Да это нихуя не нормально! — выкрикнула та и, взяв бутылку шампанского за горлышко, с силой кинула на пол.
Бутылка с грохотом разбилась о мраморный пол и разлетелась на сотни мелких осколков. Гермиона едва успела отпрыгнуть, когда заметила, как они полетели под ноги, но даже быстрая реакция не спасла от пореза.
Гермиона вскрикнула от режущей боли. Присев на корточки, она посмотрела на щиколотку. Царапина была неглубокой, но кровоточила.
— Ты сумасшедшая?! — выкрикнула Гермиона, зажимая ладонью рану, чтобы хоть как-то остановить кровь.
Дафна удовлетворенно хмыкнула, не испугавшись разбитой бутылки, и вытянула из хвоста черную ленту.
— Помощь за помощь, — съехидничала она и протянула ее Гермионе.
«Ты сама меня порезала, идиотка! Какая помощь?!» — хотела прокричать Гермиона, но вместо этого выпрямилась, подошла к раковине и, закинув ногу на тумбочку, стала промывать порез.
— Больно, детка? — Дафна положила ленту рядом и осмотрела туалетную комнату: на полу в хаотичном порядке валялись осколки, на стенах виднелись капли алкоголя, в воздухе царил приятный аромат цветочного брюта. Она глубоко вдохнула, прикрывая глаза. — Так пахнет свобода.
— Да о чем ты говоришь?! — прикрикнула Гермиона, перевязывая левую щиколотку атласной лентой. Слова и действия Дафны пугали. Она явно была не в себе.