Где жила Виндолен, Люка знала лишь примерно. У той были премиальные покои, предназначенные дочери советника короля. Люка догадывалась, что в конце этого полугодия девушку выселят именно из-за задержания её отца. Ей дадут другую комнату, попроще, и находиться она будет в жилом студенческом крыле. Сейчас же её покои находились на втором этаже преподавательского корпуса.
Со щемящим сердцем Люка прошла мимо кабинета, в котором несколько недель жил и работал Адемаро Долгард. Она постаралась тут же выбросить мысли о нём из головы, но они возвращались, изводили её. Он написал ей, сообщил о судьбе, которую Зенекис уготовил её отцу. Можно сказать, доверия брата предал, ради неё…
Почему же он написал только сейчас? Люка корила саму себя, что в такой момент думает не о папе, а об Адемаро, но его образ просто стоял перед глазами. Вот Мар, его печальный взгляд, заинтересованный взгляд, улыбка, и то, как он по-особенному морщит нос, когда смеётся…
Люка тряхнула головой, и тут же увидела табличку с именем Виндолен. Определённо, эти покои изначально предназначались не студентке, а, как минимум, заместителю ректора, или кому-то из уважаемых гостей. Даже Мар, легат Его Величества, жил в обычном кабинете, в то время, когда Виндолен наслаждалась хорошей жизнью.
Люка постучала, и дверь открыли мгновенно, словно ожидали её визита. Внешний вид Виндолен претерпел изменения с того момента, когда Люка видела её в последний раз. Конечно, она не была одета в форму официантки, но Люка смотрела не на это.
Лицо Виндолен осунулось, под глазами залегли тёмные круги. Руки, кутавшие тело в клетчатый платок, подрагивали. Невольно Люка вскинула брови, но тут же взяла себя в руки.
- Не против поговорить? – спокойно спросила Люка.
Весь внешний вид Виндолен говорил, что против, но она отступила в сторону, позволяя Люке войти внутрь. Едва зайдя, Люка тут же ощутила ужасный холод.
- Как ты живешь без отопления? – удивилась она.
Виндолен пожала плечами, поджала губы.
- Отключили, как только отца задержали.
- А что Мельден?
- Пообещал, что скоро меня переселят. Как только появятся свободные комнаты.
Люка подавила смешок, и оценила иронию ситуации. Какие могут быть свободные комнаты посреди учебного года?
- Есть предложение, - решила не тянуть интригу Люка, - я задумала один поступок, возможно, очень неразумный… И мне нужна помощь.
- С чего бы мне помогать тебе? – прохладно ответила Виндолен, присаживаясь на кровать. Люка отметила, какие простые шпильки в её волосах - совсем не похожие на те заколки с драгоценными камнями, которые Виндолен носила раньше.
Впрочем, когда-то и Люка носила такие заколки.
- Я собираюсь отправиться в Ластирью и освободить родителей.
Её собеседница ничего не сказала в ответ – лишь оторопело хлопала глазами.
- Мне пришло письмо из столицы, - продолжила Люка, - моего папу… Его хотят казнить.
Лицо Виндолен, и без того бескровное, побледнело окончательно.
- И с чего ты решила, что мне будет интересно это знать? – она попыталась добавить в голос гонора, но сойти за прошлую себя Виндолен не удалось.
- Ты понимаешь, - вздохнула Люка, - сама понимаешь, и боишься этого. И боишься небеспочвенно. Если моего папу убьют… Какая же участь ждёт неучтённого корпоманта?
- Прекрати! – Виндолен часто задышала, - чего ты хочешь?
- Чтобы ты пошла со мной.
- Я не могу, - тут же ответила девушка, - я ничем не смогу помочь. А если схватят и меня? Я ведь тоже могу оказаться на плахе!
- Прости за мои слова, Виндолен, но ты и так там рано или поздно окажешься. Если король пленил человека, которого сам глубоко уважал, то что он сделает с его дочерью, к которой королю нет дела?
- Это безумие! – прошептала девушка, - мне страшно, Люка!
У Люки подозрительно защипали глаза.
- Мне тоже. Очень. Но не за себя.
Лицо Виндолен исказилось, словно от боли. Она спрятала его в руках, и посидела так несколько минут. Люка присела в кресло, не зная, чего ждать от Виндолен. Согласиться ли? Или откажет?
- Я должна кое-что тебе сказать, - внезапно произнесла Виндолен, - в один день, прошлой весной, когда ты пришла к Джилленхолу…
- Никак в тебе совесть проснулась? – усмехнулась Люка, - я знаю об этом. Ты, конечно, поступила, как стерва, но я готова об этом забыть, если ты мне поможешь.
- Да что я сделаю? – Виндолен опустила руки. На её лице явственно читалось отчаяние, - я говорила, что корпомант из меня неважный…
- И, тем не менее, ты ранила ту пантеру, - напомнила ей Люка, - ты нанесла ей серьёзное увечье. А представь, что перед тобой человек, который может навредить твоей семье? Уверена, ты его разорвешь. И это отнюдь не фигура речи.
- Я подумаю, - сдалась девушка, - не понимаю, зачем тебе именно я, но обещаю подумать над твоей просьбой.
- Это очень настырная просьба, - нахмурилась Люка, - у меня нет запасного времени, чтобы дать его тебе на раздумья. Решай сейчас, Виндолен. Моего папу должны казнить на днях, я не могу этого допустить! Я не могу просто сидеть, зная, что он может умереть!
- Но ты просто студентка, - возразила Виндолен, - чем ты сможешь противостоять королю с его гвардией?
