Итак, размышляла я, читая описание этого мероприятия, по крайней мере, это не выглядит так уж травмоопасно, как, например, Квиддич. В общих чертах, турниром масок называлась своеобразная игра-соревнование между факультетами. Заключалась эта игра в том, что на магических поединках сходились студенты, которые посредством магии меняли себе внешность. Преподаватели выступали судьями в этой игре, более того, они должны были угадать факультет и личность студентов. При этом студиозы изгалялись вовсю – согласно правилам турнира они могли менять не только свою внешность, но и тип своей магии, пытаясь запутать судей. Те, личность которых судьи не угадали, и которые одерживали победу в четырех турах поединков, считались победителями и получали призы – от возможности закрыть сессию автоматом до получения в свое владение собственной планеты. Как только я прочитала об этом, я сразу поняла, что на данный момент участие в турнире масок является моим единственным шансом сохранить место Висвэрины в Академии. Потому что при моем неумении пользоваться ее силой, я не смогу сдать ни одного экзамена, попутно не убив никого из преподавателей или студентов. Шанс выжить имелся только у противного короля-мачо, но именно о его смерти я бы не сожалела.
Попутно, чтобы успокоиться, я проглотила всю имеющуюся в системе информацию сначала о расе драконов, а затем обо всех остальнах расах – темных и светлых магах и клане Ариэ. Информации было не так уж и много, кроме того, она была довольно общей. Видимо, каждая раса и каждый клан имели свои магические секреты, которыми они не желали делиться с остальными. Меня это вполне устраивало. При моем уровне незнания базовых вещей об этом мире это было самое то. Кроме этого, я обогатилась информацией о религиозных обычаях этого мира, о которых совсем забыла упомянуть Висвэрина. Прочитав короткий файл до конца, я поняла, почему так произошло. Боги, как оказалось, в этом мире существовали. Темные человеческие маги поклонялись Богу-отцу Тагру, владыке Мертвого царства, и богине ночи Амае, его жене. В тотеме светлых магов числился Арон – бог Царства живых и его жена Тхен – богиня светлого дня. Матерью всех драконов считалась богиня звезд Амиэра. Драконы верили, что она создала их из звезд вселенной, а затем ушла на покой, отдав свои создания под покровительство своих детей – бога эфира Герра, бога воды Туррана, богини земли Амэрры и богини Огня Террины. Лорды-создатели были атеистами. У них не было богов, они верили только в магию созидания и считали богами самих себя. При всем этом наборе три из живущих в четырех мирах конфедерации рас: человеческие маги, светлые и темные, а также драконы, – верили в то, что они были созданы богами из пыли звезд, именно поэтому каждый из их королевских домов носил поэтическое название Звезды. Так, например, Дома Темной, Сумеречной, Агатовой, Черной, Серой Звезды и звезды Оникса существовали у темных магов и черных драконов. Целая россыпь домов Звезд: Белых, Светлых, Северных, Сияющих – была у белых драконов; Золотых, Светлых, Зимних, Ярких – у светлых магов; Морских, Речных, Озерных и Русалки – у драконов воды; Утренних, Янтарных, Голубых, Рассветных и Многоцветных – у драконов эфира. Королевская семья лордов-создателей, считавших себя богами, также называла свои дома Звездами, скромно разделив себя любимых по Звездам Силы, Прорицания, Мудрости и Дерзости.
Пока я с интересом, приправленным земным цинизмом, перечитывала эту информацию, в верхнем углу моего призрачного экрана вспыхнула картинка синей пульсирующей точки, типа вызова нашей всемирной паутины. Я мысленно пожелала ответить (если б я знала как!) и тут, о чудо! – синяя пульсирующая точка расцвела картинкой суб-окошка экрана, которая отобразила мордаху въерошенного Улли Ариэ, моего маленького брата.
– Виса! – радостно закричал он. – Почему ты не отвечаешь на мои вызовы?
– Извини, Улли, я была на лекциях, – извернулась я, вспоминая, что подобная синяя точка уже пульсировала на стене вчера вечером и сегодня утром.
– Ты ведь вернешься домой на выходные?– спросил Улли, к счастью, не заморачиваясь тем, что я не отвечала на его вызовы не только сегодня утром, но также вчера вечером.
– Не знаю. Если отпустят, – снова выкрутилась я, не имея понятия не только о том, когда у нас выходные, но и том, как добраться до дома. – А что, я тебе нужна? Тогда, конечно, вернусь.
На хорошенькой мордашке Улли отразилось недоумение.
– Ты что, забыла, Виса? На этих выходных мой отец приказал всем нашим собраться для разговора.
– А-а, ты про это! – многозначительно протянула я, гадая о том, что бы это значило.
– Они уже рассказали моему отцу о том, что после того, как ты вытащила меня из петли, твоя сила увеличилась, и очень сильно, – со вздохом сказал Улли. – Тебе было очень больно? Прости, я не хотел!
На мордашке выглядевшего болезненно румяным Улли была написана крайняя степень сожаления, глаза влажно поблескивали.
– Да ладно тебе! – отмахнулась я. – Главное, все получилось. И, послушай, ты то как себя чувствуешь?
