Каким бы спокойным Мор ни выглядел, стоило им выбраться из неиспользуемого корпуса на улицу, стало понятно, что все это далось ему нелегко. Не говоря ни слова, он быстро зашагал в сторону преподавательского общежития. Хильда пошла с ним, но он и на это ничего не сказал. Он так и молчал до тех пор, пока за ними не захлопнулась дверь его апартаментов. Только после этого шумно выдохнул, взъерошив волосы, и повернулся к Хильде, натянуто ей улыбаясь.
– Могло быть и хуже. Не стоило тебя туда тащить.
Хильда привалилась спиной к входной двери и, скрестив руки на груди, недовольно насупилась.
– Вот еще! Подумаешь, покричал старик. Ничего ведь не случилось.
– Да уж, сначала нас чуть не сожрали, потом – едва не похоронили заживо, потом мы настроили против себя целого ректора Академии, – меланхолично перечислил Мор, с каждым шагом приближаясь к ней и в конце концов останавливаясь неприлично близко. – Было бы из-за чего переживать.
И без предупреждения он взял в ладони ее лицо и поцеловал. Уверенно, настойчиво, страстно. Хильда даже немного растерялась: настолько неожиданным оказался его поцелуй. Зато она тут же почувствовала, как нервная дрожь, бившая ее внутри с того момента, как в подвале появился Шадэ, слегка улеглась.
– Опять лечишь мою лихорадку? – уточнила она, когда Мор прервал поцелуй и отстранился.
На этот раз улыбка, скользнувшая по его губам, выглядела искреннее.
– До конца жизни будешь мне это припоминать?
– А тебя никто за язык не тянул, – фыркнула она. – Во всех смыслах этого слова.
– Я же извинился.
– Но моральную травму я получила. Нужно нечто большее, чем извинение, чтобы искупить вину.
– И что именно?
Ее руки мгновенно обвили его шею, а губы снова коснулись губ, безмолвно давая понять, какого рода компенсацию ей хотелось бы получить. Мор и не думал противиться этому. Поцелуй с каждым мгновением становился все более яростным, словно волна лихорадки накрывала их обоих, а не одну только Хильду.
Все прервалось внезапно, когда она скользнула руками по его плечам и почувствовала ладонью что-то влажное и липкое. Мор в то же мгновение дернулся и отпрянул, резко втянув в себя воздух, удерживая внутри то ли стон, то ли ругательство.
Хильда посмотрела на правую ладонь и с удивлением обнаружила на ней кровь.
– Ты ранен, – ошарашенно констатировала она, переведя на него немного испуганный взгляд.
Только сейчас они оба заметили на его кителе тонкий порез и пятно крови, растекшееся вокруг него. На черной ткани его трудно было разглядеть, особенно в условиях общей нервной суматохи.
– Должно быть, пустяковая царапина, – Мор и сам выглядел удивленным. – Я даже не чувствовал ничего.
– И все равно тебе нужно к доктору Виллар.
Мор упрямо покачал головой.
– Обойдусь. Там в шкафчике есть обеззараживающее снадобье. Думаю, залечить царапину сможешь и ты.
Хильда сомневалась в том, что это хорошая идея, но он уже стягивал с себя китель, едва заметно морщась, и она не стала спорить. Особенно когда заметила, что на светлой рубашке пятно крови выглядит гораздо больше.
– Я не достаточна хороша в залечивании таких травм. То есть кровь я остановлю и рану закрою, но может остаться шрам, – предупредила она, роясь в указанном шкафу в поисках нужного снадобья и бинтов.
– Одним больше, одним меньше, – отмахнулся Мор. – Не страшно.
Он присел на ручку кресла, стянул с себя окровавленную рубашку и бросил ее прямо на пол. Подойдя ближе, Хильда поняла, что он имел в виду. Ей сразу бросились в глаза три заметных рубца: один на правом плече, похожий на след от укуса, другой тянулся тонкой нитью от правого бока к пупку, третий – короткий – красовался в верхней части груди, с левой стороны. Уже занявшись его раной Хильда заметила еще один след от укуса на левом предплечье. Он выглядел менее заметно.
Да, Дилан Мор не кокетничал, говоря, что за время службы успел собрать приличную коллекцию шрамов. Ведь это едва ли было все, чем он мог похвастаться.
– Как они тебя задели? – недоумевала Хильда. – Даже до меня не дотянулись.
– Ты верткая, – с улыбкой ответил Мор, поглядывая на нее из-под полуопущенных ресниц. – А я теперь двигаюсь не так стремительно, как раньше. Особенно в длительных схватках. – Заметив ее вопросительный взгляд, он пояснил: – Из-за ноги. Не просто же так меня списали.
Хильда только вздохнула в ответ на это. Она убрала кровь, промокнула рану обеззараживающим снадобьем и направила магический поток на исцеляющее заклятие, как никогда желая, чтобы у нее получилось хорошо. Может быть, шрамы и не портили его, но ей все равно не хотелось пополнять его коллекцию.
– Теперь ты понимаешь, почему я обратился к Мари? – тихо поинтересовался Мор, сбивая ее с мысли в самый последний момент. – Я опасался чего-то подобного. Ты еще даже половины обучения не прошла, а я… уже не так надежен, как раньше. Вдвоем мы бы не продержались там так долго.
Хильда медленно закрутила флакон со снадобьем, уделяя ему явно больше внимания, чем он того требовал, и принялась неторопливо собирать испачканные в крови бинты.
