Тоня высвободилась из хватки его длинных пальцев и отползла, подволакивая ноющую ногу. Кровь на царапинах смешалась с грязью, и Тоня уже боялась воспаления. Но тренер не обращал внимания на её раны, требуя подниматься в воздух ещё и ещё. Тоня тоскливо посмотрела в его зеленоватые глаза.
– Может, это не моё? – всхлипывая, спросила она. – Ведь никто не проводил мне диагностику. Меня зачислили сразу на третий курс. Я понятия не имею, какие у меня таланты… да и есть ли они вообще! Это Никонор Гроза был гонщиком. А я… я… лишь жалкая официантка!
Тренер резко поднялся и сплюнул в сторону:
– Тогда отдыхай, – процедил он сквозь зубы. – Если ты считаешь, что тебе кто-то должен рассказать о твоих талантах, убедить тебя в их присутствии, в Академии тебе делать нечего. Можешь собирать вещички и валить в своё Обливино!
– Зачем вы так?! – воскликнула Тоня. Она поднялась на четвереньки и, морщась от боли в боку и ноге, вцепилась в куртку тренера: – Я же понятия не имею, как всё должно быть! Мне приходится лишь догадываться…
Тренер наклонился, и глаза его сверкнули.
– Так это же твой плюс! – прошипел он, и Тоня с ужасом покосилась на его хищный оскал. – Ко мне из года в год приходят болванчики, которым уже с младенчества расписали, как они будут жить и что делать. И почти все согласны с предопределённой жизнью! А тебя судьба бросила в середину реки. И у тебя есть выбор! Какую жизнь ты себе выберешь, а? Утонешь или будешь бороться до последнего?
Тоня напряглась, а пальцы её сжали толстую ткань куртки тренера.
– Я буду бороться, – твёрдо заявила она. И громко добавила: – Но не до последнего. А до победного!
– Другое дело, – довольно улыбнулся тренер, помогая ей подняться на ноги. – Садись на метлу! И не тормози при приземлении, чтобы древко не начало вращаться. Метла чует твой страх и противоречивые желания.
Тоня похромала к блестящим прутьям, которые были видны в сырой траве. Она сомкнула пальцы на держаке, стараясь не смотреть на содранные в кровь костяшки. Колени её задрожали от напряжения, а в ушах зашумело от силы ветра. Стартовала она легко, словно играючи. Но это с самого начала давалось просто. И, как утверждал тренер, вовсе не являлось её заслугой.
Земля отдалялась, в лицо уже бил колючий ветер, и одежда прилипла к телу. Похоже, началась морось. Зубы у Тони мелко застучали. Она с силой стиснула их и приникла грудью к древку, а взгляд её буравил проклятое дерево, вокруг которого она должна была обернуться, прежде чем возвратиться к тренеру.
Ветви его качались всё сильнее: ветер усиливался. Зелёный исполин словно приветствовал её, как старого знакомого. Точнее, старого врага, ибо царапины на голенях Тони оставили именно эти злополучные ветки.
Тоня прикусила нижнюю губу, и руки её напряглись. Она направила метлу к дереву, стараясь выверить расстояние и не врезаться в крону. Держак нагрелся, Тоня вздрогнула и ощутила боль и горячую струю на подбородке. Пальцы побелели от напряжения, и древко метлы описало красивый полукруг, не задев даже листика.
Смех вырвался сам собой, а глаза заволокло слезами. У неё получилось! Ветер засвистел в ушах, и скорость возросла на прямой. Тоня, утерев плечом мокрые от дождя и слёз щёки, всмотрелась в расплывающуюся фигуру. Ещё предстоит приземление. Утонуть или выплыть? Тоня усмехнулась. Скорее, пасть или взлететь. И на этот раз она не упадёт, а изящно спрыгнет с метлы, как это вчера сделал Сергей.
При мысли о черноглазом парне сердце её забилось, а древко вдруг ожгло ладони. Тоня вскрикнула, но на сей раз рук не отдёрнула. Метла завибрировала и начала вращаться, словно пыталась вывернуться из цепких пальчиков Тони.
– Да ни за что! – упрямо воскликнула Тоня.
Фигура приближалась, и Тоня направила взбесившуюся метлу вниз, намереваясь исполнить образцовое приземление, несмотря ни на что. Почему метла себя так повела? Она лишь подумала о Сергее. И тут Тоня с ужасом увидела, что древко покраснело, словно раскалённое железо. Боль в ладонях стала нестерпимой, Тоня дёрнулась, и метла перевернулась хвостом к небу.
Огромная тёмная масса летела навстречу, фигура тренера заметалась. Тоня в панике уцепилась за него взглядом, пытаясь заставить метлу слушаться, и на всей скорости сбила его с ног. Раздался треск, Тоню обхватили сильные руки, и она покатились по земле с обнимку с тренером. Свет закружился в вихре танца с темнотой, и мир замер.
Тоня застонала от тяжести придавившего её тела, ощущая себя тряпкой, которую только что хорошенько отжали. Казалось, в теле не осталось ни единой целой косточки. Лицо же было всё в грязи, и Тоня попыталась вытереть глаза тыльной стороной ладони.
Тренер пошевелился, поднял голову, и Тоня замерла, глядя в синие глаза Сергея. На миг ей показалось, что это иллюзия, как было вчера в трактире. Но это был действительно он.
– Ты?! – прохрипела она. – Что ты здесь делаешь?
– Лежу, – саркастично ответил тот. – Хотя только что стоял. Какая у тебя магия мощная! Укатает кого угодно!
– Я не хотела, – жалобно простонала Тоня.
