Я передернула плечами. Ни серьезных, ни каких-либо других преступлений я и раньше не совершала, а уж в этом мире тем более не смогла бы. Разве что выяснится, что теперь я хожу во сне. Да если и так, что можно натворить в этой академии? Магазин канцтоваров еще раз ограбить? Так я, вроде там, все что надо купила. Так что даже во сне причин безобразничать у меня не было.
– Ну же, не теряй время! Или ты хочешь заставить его ждать?
Я помотала головой. Думаю, никто бы не захотел заставлять ждать этого сурового типа.
– А куда он меня вызвал?
– В кабинет декана, разумеется, – он усмехнулся. – Выгнал старичка, нехороший человек. Ну же, иди!
Я поднялась из-за парты.
– Расскажешь потом? – с надеждой спросил сэр Фаэль. В его взгляде так ярко горело любопытство, что это было даже забавно.
– Вряд ли, – с самым серьезным видом проговорила я.
– Почему?
– Сам подумай, с меня явно возьмут подписку о неразглашении.
Хм, интересно, тут вообще есть такое? По идее должно быть – иначе как они держат в секрете самые секретные дела. С другой стороны, возможно, на этот случай у них припасено какое-нибудь страшное заклинание, которое не позволяет даже раскрыть рот, когда речь идет о запретной теме. Да, такая штука была бы куда действеннее…
Как ни странно, Фаэль понял, о чем я толкую, и этот аргумент его убедил.
Он коротко кивнул и напомнил:
– Поспеши!
Я последовала этому совету и потопала к выходу.
С преподавательницей – дородной женщиной с чопорным лицом и высокой прической – я столкнулась в дверях. Наскоро пробормотала: «Здравствуйте, извините!» и просочилась мимо нее, успев поймать на себе возмущенный взгляд. Да уж, что-то с преподавательским составом у меня с самого начала не задалось. Впрочем, беспокоиться об этом сейчас было бы глупо. Куда больше тревоги у меня вызывала предстоящая встреча. Мы же, вроде бы, обо всем договорились. Я вроде бы неглупая, но узнать побольше об этом мире мне не помешает. Спрашивается, что еще?
Кабинет декана я нашла довольно быстро, по золотой табличке. Слегка робея, постучала в дверь, заглянула. Фаэль был прав: сэр Салахандер явно выставил хозяина из кабинета, во всяком случае, за большим дубовым столом дознаватель сидел в одиночестве, и больше никого в кабинете не наблюдалось.
– Вы меня вызывали? – спросила я.
– Да, садитесь, – он кивнул мне на стул напротив себя.
Я медленно приблизилась, словно ступала не по ковру, а по горящей лаве, и осторожно опустилась на краешек стула.
– Леди Жанна? – он смотрел на меня с таким обвиняющим видом, словно носить мое имя было само по себе страшным преступлением. Ну что тут поделаешь, виновна.
Я коротко кивнула.
– Прибыли сюда два дня назад… – Он не спрашивал, он утверждал, так что мне ничего не оставалось, как снова кивнуть.
– Расскажите мне, леди Жанна, как вы погибли в своем мире.
Внутри все похолодело. Я ведь толком и не помнила, что плела по этому поводу докторам, вдохновенно сочиняя на ходу. Кажется, там фигурировала какая-то яма…
– Только не нужно врать, – вклинился в мои панические мысли его строгий голос. – Это совершенно бесполезно, только потеряем время.
Салахандер
Дознаватель вышел из аудитории, быстро прошел вдоль коридора, свернул на лестницу и только после этого замедлил шаг. То, что он увидел на своем первом уроке в академии, не давало ему покоя. Что-то здесь явно было не так.
Одно он знал точно: решение стать вдруг преподавателем было правильным. Да и не мог он решить иначе. С той самой минуты, когда королева сообщила, что в очередном своем вещем сне – жутком и пугающем – смогла получше разглядеть руки убийцы. Точнее, не руки, а рукав. Слишком уж хорошо она в свое время смогла его изучить, сама долго носила такую же мантию. Все то время, пока училась в Пятой королевской академии. Только ее мантия, как у всех студентов факультета ясности, была золотистой. А та, которую она увидела во сне, – холодного серого цвета с отблеском серебра.
Будущий убийца – студент академии. Причем конкретного факультета. Решение было простым и очевидным, а главное, легко выполнимым. Салахандер должен увидеть их всех. Познакомиться с каждым, изучить, понять, кто это может быть. За неимением лучшего варианта годился и этот.
И все же, если начистоту, у него была еще одна причина поторопиться в академию.
После исчезновения наставницы королева вначале сникла, а затем развила бурную деятельность. Она обратилась к своим картам, которые четко указали: пропажа находится в этом мире, более того – в нашем королевстве.
Затем королева нарисовала портрет (уж лицо-то своей наставницы она помнила очень хорошо). Салахандер внимательно его рассмотрел и постарался запомнить каждую черту. С портрета на него смотрела красивая женщина лет сорока. Ее черты лица нельзя было назвать безупречными, и все же все вместе складывалось в весьма притягательный образ. Салахандеру даже пришлось себя одернуть. Ему не любоваться надо было этой красавицей, а искать ее.
