Магистр Рониур молча смотрел мне в глаза, и я почувствовала что-то сродни отчаянию. Он даже не попытался ничего опровергнуть! Значит, и правда её любит… А я вместо того, чтобы поговорить с ним спокойно, сказать, к примеру, что теперь претензий никаких, наш брак – настоящий, и мы можем, как и прежде, оставаться в своих спальнях, устроила глупую истерику.
– Вот ещё! – буркнула я. – Теперь я могу пойти к себе?
– Нет, – отрезал магистр Рониур.
– Нет?
Он снял с пальца одно из колец, отстегнул булавку из-под ворота и, не глядя, бросил их точно на стол. Он что, раздевается? Странное начало…
– Ты ведь ментальный маг. Я сейчас совершенно открыт. Посмотри сама.
– Посмотреть… что? – прошептала я, не особенно веря в то, что сейчас слышу.
– Всё. – Он взял меня за руку.
– Я не уверена, что получится. Я ещё…
– А ты попробуй.
Я сложила пальцы так, как учил тёмный маг. Похоже, эта штука действительно безобидная. Прошептала имя. И прикрыла глаза.
Это нахлынуло сразу, огромной волной, и я почти захлебнулась. Страсть, сметающая всё на своём пути, щемящая нежность и бог знает что ещё. Шквал, водоворот чувств, в котором я, казалось, тонула. И только потом стали появляться картины. На них, словно звук на изображение в ролике, накладывались обрывки эмоций, чувств. И мысли. Они возникали в моей голове ясно и четко, будто мои… И не мои… Я ощущала себя одновременно и собой, и магистром Рониуром – чувствовала, как он, думала, как он, смотрела его глазами.
Происходящее казалось невероятным. И было странно смотреть на себя со стороны.
Ничего себе, я думала, он вообще не обращал на меня внимания. До тех пор, конечно, пока я не сбила его с ног.
Он за меня… боялся? Я сглотнула, продолжая жадно смотреть.
Я просматривала эпизод за эпизодом. И тонкой нитью через все тянулась мысль: «Я не должен… Я не имею права…»
Вот я окатываю его водой на тренировке, вот явилась в его комнату поговорить о Майке…
И всякий раз, когда он видит меня, реагирует вовсе не так спокойно и невозмутимо, как кажется. Неужели он…. Да точно, сомнений быть не может. Мне слишком знакомо то, что с ним творится, ведь то же самое происходило и со мной. Вот только внешне он всегда был таким непробиваемо-бесстрастным, что я и не догадывалась…
Мне пришлось сделать несколько вдохов. Казалось, чужая боль и дикий страх разорвут меня изнутри.