— Это гримуар, — с умным видом заявил он, поднимая на меня глаза.
— Правда?! — воскликнула я. О том, что такое гримуары, мне приходилось слышать, правда, всегда казалось, что книги с колдовскими рецептами должны выглядеть более таинственно, нежели просто старые тетради. — Так, значит, ты можешь прочитать, что там написано?
— Здесь использован язык, на котором уже давно не говорят. Только всяческие научные термины пишут или крылатые фразы. Мёртвый язык.
— Как латынь!
Стало любопытно, почему основной язык этого места я понимала, а почти забытый нет. Снова колдовство ректора? Мог бы это и учесть.
— Для гримуаров им, кстати, нередко пользуются до сих пор. Если хорошо знают. Это давняя традиция.
— А ты насколько хорошо знаешь?
— Не блестяще, — неохотно сознался Кей. — Но у меня появилась идея, как узнать, каким образом тетрадка оказалась на чердаке. Надо поговорить с той, кому эта вещь принадлежала!
— Но, скорее всего, её уже нет в живых, — заметила я. — Очень уж старинной выглядит тетрадь. Как ты найдёшь её хозяйку?
— Очень просто — через спиритический сеанс! — ошарашил Кей. — У меня есть книга, где сказано, как его проводить. Давно хотел испытать, да повода не было. А сейчас появился! Где твоя соседка?
— Она сегодня не придёт ночевать.
— Вот видишь — как раз удобный случай!
Я начала возражать. Кей обрушивал на меня множество аргументов в пользу своей идеи. Но решило всё имя, которое он назвал.
— Мари Триэль. Так звали особу, которая вела эту тетрадь. Странно — где-то я о ней уже слышал, но вот, что именно, никак не припомню.
Услышав имя, всплывшее в разговоре с Теа Собрен, я поняла, что теперь ещё сильнее заинтересована в том, чтобы узнать как можно больше об этой незнакомке. Кей, почувствовав слабину, тут же обрадовано побежал за всем необходимым, а мне поручил найти свечи. Когда он ушёл, я заглянула в тумбочку соседки и обнаружила свечи там.
Кей примчался с книгой, которая оказалась сборником описаний различных магических ритуалов, и специальной доской для вызова духов. Когда он, едва не свалившись от спешки, начал подниматься по лестнице, я пришла к выводу, что обратной дороги нет. Если этой тетради, в самом деле, суждено было попасть в мои руки, нужно узнать, почему. Ведь обычно гримуары бережно хранят и передают по наследству, а не бросают на заброшенном чердаке, на который, к тому же, можно попасть далеко не всегда. У этого поступка должна быть серьёзная причина.
Прежде я никогда такими вещами не занималась. Только в кино видела. Не стала бы и сейчас, да выбора не было.
Я принесла свечи — все, что нашла в запасах Эрики. Начав зажигать одну за другой, обнаружила, как подрагивают пальцы, и доверила эту задачу Кею, который справился гораздо быстрее. Я в это время пролистала книгу, открыла её на нужной странице и положила рядом.
Мы сели на пол, и я протянула руку к доске с чёрными буквами. Она выглядела совсем не страшной, и всё же становилось не по себе при одной мысли о том, чем я собираюсь заняться. Сдержать дрожь снова не удалось, и Кей с недовольным видом положил свою ладонь поверх моей руки.
— Не надо так волноваться, — произнёс он. — Это не поможет. Рука должна быть твёрдой.
— А нюх должен быть, как у собаки, а глаз, как у орла, — нервно фыркнула я. — Может, ты один этим займёшься? Я за дверью подожду.
— Нельзя, — строго сказал он. — Кстати, дверь надо запереть. А то, не ровен час, явится кто-нибудь в самый неподходящий момент.
Поднявшись с пола, я спустилась на нижний уровень комнаты и, превозмогая желание убежать, направилась к двери. Провернула в замке ключ. Тот громко щёлкнул.
— И свет потуши! — крикнул Кей.
Раскомандовался! Я сильно, до боли, хлопнула в ладоши. Комната погрузилась в полумрак. Теперь темноту рассеивали только свечи, но их было недостаточно для того, чтобы осветить помещение полностью. Стараясь не споткнуться, я поднялась по скрипнувшей под ногами лестнице и снова села на пол напротив Кея. Он казался обманчиво-расслабленным, но я видела, как сжаты его переплетённые пальцы, выдавая нетерпение. Отблески пламени плясали на смуглом лице, и глаза снова казались янтарными.
— Вперёд! — шепнул он и тут же поморщился. — Почему свечи пахнут земляникой и персиком? Весь настрой портит.
— Других не было, — буркнула я. Прижала кончики пальцев к планшетке-указателю и сделала глубокий вдох. — Только не мошенничай!
Утро, как обычно, наступило неожиданно. Я открыла глаза, потёрлась носом о мягкую подушку и потянулась. Вернее, попыталась потянуться, потому что почти сразу же наткнулась на препятствие и поняла, что в кровати лежу не одна. Кто-то вытянулся рядом и зашевелился, когда я задела его. Не успела вскрикнуть от неожиданности, как человек заговорил.
— И зачем надо было так рано просыпаться? Выходной же… Имею я право поспать подольше?
— Не в моей постели! — отозвалась я, узнав Кея. — Что ты вообще тут делаешь? Я не помню…
— Не помнишь, как я здесь оказался? — Кей повернулся и взглянул на меня тёмными ничуть не сонными глазами. — А какие есть варианты?
