Я шмыгнула носом и отвернулась. В самом-то деле, было бы, чему огорчаться. Да для большинства моих знакомых девушек один-единственный поцелуй ничего и не значил бы. Можно вообще представить, что его никогда не было. Или что меня поцеловали по правилам какой-нибудь игры, а таких предостаточно, даже я навскидку могла вспомнить как минимум две из тех, что практиковались в мои школьные годы.
А на повестке ближайших дней у меня другие вопросы, гораздо более важные и сложные. Вспомнить всё то, о чём забыла. Узнать, почему гримуар Мари Триэль остался на чердаке, где я его нашла. Сдать экзамен по истории чернокнижного дела. Вернуться домой, в свой мир.
— Эй, не переживай ты так, — неуклюже попытался успокоить меня Кей. — Всё позади. Больше ты эту книгу не увидишь.
Вот и ещё один непростой вопрос. Случайность это была или нет? А что, если чёрную книгу намеренно положили на стол, за который должна была сесть я, и специально смешали с кучей учебников, зная, что новенькая студентка, к тому же, настоящая неумеха в магии, ни за что не отличит одно от другого? А затем оказалось бы уже поздно… Но тогда… это покушение? На меня? Кто и зачем мог такое сделать?
На ум сразу пришло только одно имя. Теа Собрен. Кто, как ни любимица профессора Андриха, должна хорошо разбираться в творениях чернокнижников? Она вполне могла отыскать в библиотеке опасную книгу, которую по недосмотру ещё не успели убрать в закрытый фонд, и подкинуть её мне. А мотив? Могла ли она захотеть устранить меня как свидетельницу и исполнительницу задуманного ею? Но что я такого сделала — всего лишь подложила в старинную книгу красивую закладку?
В книгу, которую написал на древнем языке Иртольф Эрмеслан в соавторстве с его лучшей ученицей Мари Триэль. Той самой девушкой, чей дух мы с Кеем пытались вызвать — скорее всего, безуспешно, но кто знает? Как ни складывай кусочки причудливой головоломки, всё крутилось вокруг неё.
— Что такое? — спросил Кей. — У тебя появились какие-то догадки? Тоже думаешь, что это получилось не случайно?
— Сначала расскажи, как всё прошло в мужском общежитии, а затем обсудим, — ответила я.
— Как вкусно пахнет!
Кей, обогнав меня, помчался к дверям столовой. Я посмотрела ему вслед и вытерла слёзы, что снова непрошено навернулись на глаза. В это время кто-то тронул меня за плечо, но, когда я обернулась, поблизости никого не было. На полу лежал листок бумаги, будто небрежно оброненный на бегу. Или его оставили здесь специально?
Я осмотрелась по сторонам и подобрала листок, развернула, несколько раз перечитала торопливо написанные строчки.
«Если хочешь поговорить со мной, можем увидеться сегодня в полночь на балконе женского общежития. Никому не рассказывай. Девушка в оранжевом платье».
Спустя несколько коротких мгновений листочек, словно подхваченный сильным ветром, выскользнул из пальцев и вспыхнул на лету яркими искорками. На пол опустилась лишь крохотная горстка пепла. Я в изумлении смотрела на неё и думала, что магические штуки вторая новенькая студентка за время пребывания в академии успела освоить куда лучше меня. А, может быть, всегда это умела. Ведь я уже пришла к выводу, что она могла прибыть совершенно из другого, чужого, мира.
В том, что это та самая рыженькая, я не сомневалась. Ведь именно так я её окликнула. Полосатое оранжевое платье, зелёная лента — всё это было на ней, когда незнакомка от меня скрылась сегодня. Почему она убегала? С какой целью захотела увидеться со мной?
Тут я вспомнила кое-что ещё. Запрет соседки выходить ночью на балкон. Нарушать слово, данное Эрике, не хотелось. Затем я поняла, что в записке имелся в виду вовсе не балкончик нашей комнаты, а второй, больше похожий на террасу. Он находился в глубине коридора, который шёл вдоль женского общежития, а насчёт того, чтобы не ходить по ночам и туда, мне никто ничего не говорил.
Бросив ещё один взгляд на то, что осталось от записки, я вошла в столовую, где увидела Кея и Ваура за одним столиком. Редкое зрелище! Кажется, они даже не ругались.
Я попыталась натянуть на лицо улыбку и направилась к ним, намереваясь, как бы парни ни увиливали, вытянуть из них все подробности авантюры в мужском общежитии. Из того, что удалось услышать в библиотеке, поняла, увы, не так много. К доценту Крайму неожиданно приехала сестра, а ему самому Кей не должен был попадаться на глаза — вот и все детали. Самого главного я так и не узнала. Удалось ли этим двоим стащить из комнаты коменданта немного чудодейственного средства, что пробуждало память?
Еду для меня они уже предусмотрительно захватили. Правда, порции оказались великоваты, на вкус Кея. Однако и аппетит ко мне вернулся. Я не только съела всё, но даже подтёрла тарелки корочкой хлеба и с удовольствием отправила её в рот. Парни наблюдали за мной с благодушным удивлением.
— Так что скажете? — поторопила я их в очередной раз. То ли им нравилось заставлять меня волноваться от нетерпения, то ли оттягивали момент признания. Этого я и боялась — что всё было зря, и нужную вещь они так и не добыли.
— Я принесу воду, — отозвался Кей, поднимаясь с места.
