На его протянутой ладони вспыхнули красные кристаллики: обещание принято. С моих губ сам по себе сорвался облегченный стон. Тяжеленный кубок упал с его рук на мои, а широкие ладони императора накрыли мои плечи. Я вздрогнула, но вырваться не посмела, вместо этого повернулась лицом к публике. С такой высоты лица друзей казались такими маленькими… Как капитан нашей команды, я должна сказать речь.
— Наша победа — это лишь плод многочисленных тренировок, — прокашлявшись, начала я, и мой голос разнёсся по всем уголкам полигона. — Каждый из моей команды старался до последнего, чтобы этот кубок стал нашим и принес уважение нашей Академии, даже если сейчас на поле находятся не все. Но всё равно я хочу поблагодарить тех, кто прошел со мной этот долгий путь к победе: преданную Настю, искреннюю Машу, добрую Лилю, умного Славу, общительного Брюса и, конечно, серьезного Дантаниэля. Спасибо за то, что были со мной всё это время! — По щеке медленно соскользнула одна-единственная слезинка. — Так же спасибо моим самым лучшим на свете противникам. Я никогда вас не забуду!
Где-то снизу всё понял Слава и рванулся было ко мне, но лестница прямо под его ногами рассыпалась в прах. Император тоже вдруг понял, что что-то не так, и сжал мои плечи сильнее, но поздно — я уже выскользнула из его рук, оставив в стиснутой ладони ненавистное кольцо. С размаху зашвырнула кубок куда-то в сторону белобрысой макушки ректора… И не отказала себе в прощальной подлости:
— Но, Ян, ваша Дейра — ещё та сволочь! Если ты забудешь меня из-за нее, я тебе не прощу!
Пока кричала, ноги уже несли меня к парапету (а высота там ого-го, этажей пять). Погибать, так с музыкой!
Оттолкнулась и, как птица, на секунду зависла в воздухе… За спиной взметнулись ледяные крылья (и не важно, что я не умею летать!). Плащ развевался на ветру, как и растрепавшиеся волосы… Пускай они запомнят меня такой!
В следующее мгновение я прошептала заклинание, представив перед глазами схему, и исчезла, а крылья рассыпались. Со стороны наверняка выглядит так, как будто рассыпалась я.
Перед глазами на миг мелькнуло искаженное болью лицо — исчезая, я ударила сразу по всем плетением неизвестного врага, тем самым фактически уничтожив её — темная фея не ожидала такой подставы и не смогла увернуться, как и достать до меня — я уже исчезла.
Прощайте, ребята…
Прелесть этого телепорта в том, что он может выкидывать и туда, где ты не был. Именно поэтому меня выкинуло прямо на железный стол. Конкретно так приложило! Впрочем, стоило оглянуться, как эти заботы отошли на второй план.
Комнатка, в которой я оказалась, была довольно просторной, но ужасно темной — окон здесь не было. Серые обшарпанные каменные стены без обоев или краски, свисающие с потолка цепи… И посредине огромный железный стол с кандалами по углам. Сейчас на нем были разложены разнообразные медицинские инструменты, на которые я только чудом не напоролась. В углу комнаты стоял огромный агрегат непонятного предназначения, трубочки от которого тянулись к полуживой девушке, висящей напротив меня, и качали из нее кровь. Это была Ира…
Состояние подруги было просто отвратительным. Она висела на цепях так, что ноги не касались пола, уже не в одеждах, а в ободранных тряпках, едва прикрывающих юное тело в ранах и кровоподтеках. Некогда роскошные льняные волосы нынче были бурыми от запекшейся крови. Хуже всего выглядело лицо: словно одна кровавая рана, с которой на меня смотрели огромные глаза. От слабости Ира почти не дышала.
— Господи… — от ужаса на голове зашевелились, но я постаралась взять себя в руки.
Первое, что я сделала — это метнулась к железному кувшину с водой и прислонила его к губам подруги. Ира немного отпила и закашлялась, её взгляд стал более осмысленным.
— Маша? — хриплый, надломленный голос заставил меня вздрогнуть. — Ты… Здесь?
— Ненадолго, — я подавила всхлип. Мой взгляд судорожно метался по комнатке, ища с чего начать разрушительные действия. — И ты возвращаешься со мной!
— Маша… — с её глаз тоже покатились слёзы, а я наконец определилась и одним махом перерубила трубки, что тянули жизнь с моей подруги.
— Чертова, чертова Ира! — я почти кричала, зло рубя Стужей на куски всё, что попадалось под руку. — Какого черта ты не сказала, что ты грёбаная Высшая! Какого черта ты молчала!
— Рустим сказал молчать, — голос подруги слегка окреп.
— Я тоже хороша! — одним махом перерубила цепи и подхватила Иру на руки. — Ведь Хронос же сказал, что Высших три! А я мимо ушей пропустила…
— Прости, Маша, — в её голосе я услышала искреннее раскаяние. — Я с самого начала знала, что тоже Высшая… Но сначала твоя фея сказала не говорить, а потом я и сама уже молчала…
— Как ты вообще здесь оказалась?!
— Мой дар намного слабее твоего. Когда ректор сказал, что присмотрит, чтобы со мной ничего не случилось, я даже обрадовалась… Он приказал отвезти меня в свой замок, сказал, так безопаснее…
— Вот урод! — я с трудом встала на ноги, держа Иру на руках (свои ноги её бы не понесли).
