Я взглянула на настенные часы и слегка передернула плечами от внезапного волнения. До официального начала пять минут и музыканты начали терзать свои инструменты, украдкой беря нужные ноты. Конечно, это все глупости, и первый танец вкупе с подарком ничего глобального не значит. В конце концов, всего лишь красивый повод проявить интерес или же намекнуть о своих чувствах, а не помолвка. Так почему взгляд невольно бежит в ту сторону, где скрылись белая и черная фигуры?
На двенадцатом ударе колокола, зазвеневшим столь резко, что у меня душа ушла в пятки, на верхней площадке второго этажа возникло прекрасное видение. Тихая музыка полилась из оркестрового угла, вторя биению моего сердца.
Улыбающаяся Фрида в белом воздушном платье спускалась по ступенькам центральной лестницы, поддерживая пальчиками струящийся подол. Блеск ее глаз разил наповал, даже мне хотелось улыбнуться в ответ счастливой богине любви и красоты.
— Леди, — на нижней ступеньке внезапно возник Константин и подал ей руку, сжав тонкую длань. — Вы очаровательны. Окажите мне честь.
Я перестала дышать. Контраст белой воздушности и черной строгости, объединенных одним танцем, очень гармоничен. Очень… до тошноты.
— Мадемуазель, позвольте ангажировать вас на первый вальс, — на мое плечо опустилась рука, и змей, по своему обыкновению избавившийся от верхней детали костюма-тройки, увлек меня к фонтану.
Я оглянулась на медленно вальсирующих однокурсников, на симпатичных берегинь и мавок, украшавших друг друга венками из рябины, на добродушных преподавателей, дегустирующих новые грузинские сыры, и повернулась к Полозу.
— Конечно.
Венская мелодия увлекла нас в единое направление, мимо которого проплывали антрацит и белое кружево, выводя фигуры классического вальса, от чего я лишь плотнее прижалась к партнеру, прогоняя лютую тоску.
Конец
