И вспомнилась мне еще одна реплика магистра Эллохара: «Не зли Тьера. Он может пойти на уступки раз, второй, и даже третий, а потом воздаст за все сполна». Тяжело вздохнув, я покроно произнесла:
– Хорошо. Если для тебя так важно настоять на своем, я с удовольствием сделаю тебе приятное и соглашусь.
Четыре года работы бесправной подавальщицей научили меня уступать красиво.
– Дэя, – магистр отставил чашку, – дело не в том, что этого хочу я. Просто так будет лучше для тебя, родная.
Я кивнула, соглашаясь с его словами, и обняв ладонями чашку с теплым чаем, начала рассуждать вслух:
– Конечно, мне гораздо больше нравится проводить свободное от тебя и обучения время в конторе, потому что там я чувствую себя нужной, и важной, и, если откровенно, мне очень нравится проводить расследования с Юрао, но… если для тебя так важно чтобы я возвращалась к семи и сидела здесь… Я сделаю так, как хочешь ты.
Лорд Тьер, племянник самого императора, член ордена Бессмертных и Первый Меч империи с глухим стуком поставил чашку на стол, промахнувшись мимо блюдечка, скрестил руки на груди и мрачно произнес:
– Высший бал, адептка Риате. Примите мои искренние комплименты… – а после уже без пафоса. – Хорошо, в девять.
Я улыбнулась, уже не скрывая победной улыбки, а потом вспомнила, что Риана здесь не будет и расстроилась до слез.
– Дэя, – осторожно позвал магистр.
К Бездне все грустные мысли. И я перешла к более важным вопросам:
– А если ты будешь во дворце, его высочество с императорской гвардией тоже покинет Ардам?
– Нет, – Риан задумчиво смотрел на меня. – Дарг обязан быть на официальных мероприятиях, а сейчас будет только вторая серия переговоров… к Бездне.
– Переговоры… по брачному договору?
– Не только, – магистр отложил свой список и пододвинул ближе тарелку с мясными оладьями, – много спорных вопросов по территориальным притязаниям империи, так же оговариваются условия военного сотрудничества… Много всего.
Раздался уже ненавистный резкий и крайне неприятный звук.
Невольно вздрогнув, я грустно сообщила:
– Построение.
Риан кивнул, с неменьшей грустью глядя на меня.
– И вот интересно, – поднимаясь и застегивая пуговицы на камзоле, начала я, – что это за труба такая?
– Рог черного единорога, – магистр проследил за тем, как я все пуговки застегнула. – Это я у Эллохара опыт пробудки адептов перенял.
– А… поменять нельзя? – направляясь к двери, спросила я.
– Не вижу смысла. Ты после построения вернешься?
– Конечно… – я хотела спросить будет ли он здесь, когда я вернусь, но не решилась.
– Я тебя подожду, – вновь беря ручку, сообщил магистр.
С самой счастливой улыбкой я помчалась на построение.
Далеко убежать не получилось. Стоило мне выбежать в коридор, как на моем пути возникла Дара, и торжественно произнесла:
– Риате, к куратору Верис в… комнату.
– Кабинет? – уточнила я.
– Комнату, – не согласилась Дара. – И быстро.
Предчувствуя неприятности со Счастливчиком, я помчалась в обратную от выхода сторону, постучалась в уже знакомые двери, получив разрешение, вошла. И поняла, что зря я это сделала, едва Дара закрыла за мной двери и потребовала:
– Рассказывай!
Верис, стоящая в форме, сложила руки на груди и повторила наглый приказ:
– Рассказывай, Риате.
– Ага, – Дара облетела меня, зависнув рядом с Верис, и проникновенно так: – Что там у вас с Тьером?
– А меня больше интересует, что у тебя с Эллохаром! – куратор очень недобро на меня смотрела. – Знаешь, Дэя, я не против того, чтобы ты помучила Тьера, я даже за. Но что касается магистра Эллохара – даже не думай, за Эллохара я кому угодно глотку перегрызу!
От удивления, да и возмущения тоже, я слова не могла сказать. Но тут случилось самое настоящее чудо:
– Дэечка, – раздалось под дверью, – малышка, ты там?
Начинаю очень сильно любить Счастливчика.
– Да, я тут, – ответила я, повысив голос, и уже уверенно ответила обеим шантажисткам. – Что касается лорда Тьера, Дара, мы сами разберемся! А по поводу магистра Эллохара, куратор Верис, мне сказать нечего – я свой выбор сделала, а ветреностью никогда не отличалась!
Дверь открылась. Наглая кошачья мордочка просунулась, по-драконьи ухмыльнулась, и весь кот вторгся на территорию леди Верис. Тот факт, что дух Золотого Дракона вот так вот запросто вошел без разрешения, то есть, минуя охранные заклинания, заставил Дару сменить ипостась, а Верис попросту открыть рот от удивления.
– Ррад приветствовать, – Счастливчик вальяжно подошел и сел возле меня. – Малышка, ты уже знаешь?
– Что знаю? – слабым шепотом поинтересовалась я.
– Она меня не любит! – трагическим и громким шепотом возвестил Счастливчик. – Моя сладкая кошечка окончательно и бесповоротно сохнет по Эллохару твоему!
На сей раз я удивленно смотрела на медленно краснеющую леди Верис.
– А ты так и не поняла, чего она на тебя взъелась? – беззаботно поинтересовался кот. – Момент, когда Эллохар бросился на твою защиту в моей памяти навеки останется незабываемым выражением бессильной злобы на лице моей очаровательной кошечки.
– Хватит! – прошипела куратор.
– Шаэна? – Дара, как выяснилось, даже не подозревала. – Эллохар?!? Да он чудовище!
