— На этот вопрос у меня тоже есть ответ, — твердо сказала я. Вот сейчас придется заняться самой трудной частью разговора. — Потому что влияние нашего мира на другой не прекратилось со смертью колдуньи. Потому что не прекратилось и проникновение через границы тоже. И так истерзанные слишком грубым вмешательством. И это проникновение, эти… скачки… они были не очень умелыми. Один знакомый маг Хаоса рассказал мне, что пространство меж мирами — слишком тонкая, особая материя. Его нельзя проходить напролом, как пространство внутри отдельно взятого мира. Нужно «просачиваться» меж ячеек материи, а не рвать их. Между мирами перемещаться можно, только зная, как правильно, и знания о перемещениях между континентами здесь неприменимы. А эти перемещения были сделаны слишком резко — они еще больше расшатали перегородки, так что взаимовлияние миров усилилось. Слишком наобум. Прости… тетя Эмбер.
Точеная бровь тети взлетела вверх в непритворном изумлении. Я вздохнула. Самое сложное — это объяснять людям, что даже хорошие поступки, сделанные из самых добрых побуждений, если их совершать бездумно, могут причинить большой вред.
— Солнышко, ты что? При чем здесь она? — удивилась мама.
— Да, мамуль. Вы с тетей уже много лет помогаете Шелкопрядам. Это для вас они — трогательные вымирающие животные, пусть и здоровенные, как лось с крылышками. Когда вы провожаете их куда-то в реликтовые верхние миры, чтобы они там могли размножаться, вы на самом деле запускаете их в мир… уже и так раненый чарами Иридеи. Каждый такой поход… после него в том мире появляется плесень. Расцветают «Цветы зла». Появляются легенды о чудовищных Зверях, что выжирают на корню последние посевы и леса, оставляя людей на грани голодной смерти. Появляются легенды о том, что всему виной колдовство жителей нашего мира.
— Эмма, я прекрасно помню образ мира, в который мы отправляем Шелкопрядов! — возразила мама. — Они мне показывали его. Я совершенно точно уверена, что в том мире нет ничего живого — только огромное бездонное небо. Я никогда бы не рискнула отправить в населенный мир таких животных, без сомнения опасных. Опасных так же, как может быть опасен вымирающий самарильский тигр, если встретить его наедине в чаще леса. Но из-за этого мы ведь не истребляем самарильских тигров! Наоборот, создан целый королевский заповедник для сбережения вида…
— Мам, какого цвета это небо? Ну, то, которое они тебе показывали?
— Фиолетовое, — ответила мама, на секунду задумавшись.
Ох, кажется, я нашла правильный вопрос.
— Ну так вот. В мире Морвина… простите, я потом объясню, кто это, — поспешно добавила я, заметив, как внимательно сощурились папины глаза. — В мире Морвина небо красное. И я думаю, что эти миры расположены рядом друг с другом — как цвета радуги. Наверное, рядом с нашим когда-нибудь найдем и зеленое
— Кэти!.. — повернувшись к маме, тетя глубоко вздохнула и потерла лоб. — Почему ты никогда не говорила о цвете неба? Ты сказала, твои Шелкопряды сами знают, где их родина, и мне покажут мысленно, как когда-то тебе. Знаешь — ну, они ведь и показали. И судя по всему, эти очень умные и очень прожорливые зверюги «показали» проводнику место, где можно было перекусить по дороге перед тем, как попасть по назначению. Потому что мир, куда я отправляла твоих крылатых бестий… у него действительно небо было алое.
Я смотрю на маму и вижу, как она моргает несколько раз, а потом на лице у нее появляется осознание, быстро сменившееся смущением, стыдом, чувством вины и тут же — задумчивым и немного упрямым выражением готовности к бою. Она точно собирается отстоять своих Шелкопрядов и придумать какой-то способ, чтобы хорошо было всем. Всегда любовалась ее лицом — всей той сложной палитрой чувств, которая так искренне и ярко рисовала на нем картину родного и близкого образа. Дженни такая же — живая и подвижная. Наверное, поэтому она всегда была больше маминой дочкой. А я — папиной. Мы с ним оба все носим в себе, только моя броня намного прочнее… была.
Тетя Эмбер задумчиво нахмурилась и постучала пальцем по подбородку.
— Так, Эмма. Говоришь, есть какой-то маг Хаоса, который знает все о безопасных перемещениях между мирами? Ты должна меня познакомить. Раз уж я во многом виновата, будем придумывать, как исправлять. А еще хотела бы просить этого мага научить меня правильно перемещаться. Буду благодарна, если поделится знаниями. Арвенор найдет чем поблагодарить. В конце концов, судя по всему, в том мире проблемы с продуктами, а наше Королевство богато плодородными нивами…
Вот в этом вся тетя. Неукротимая страсть ко всему новому, к новым знаниям и неизведанным землям. Уверена, что вдвоем с Ти они непременно наладят общение между нашими мирами так, чтобы никто больше не пострадал. А если еще и дядя Генрих подключится, не то что наладят — горы свернут!
— Конечно! Я вас непременно познакомлю. У меня сохранился особый артефакт для перехода, который помог вернуться домой. И до этого мага поможет добраться. Он… а точнее, она, наверняка поделится знаниями.
Мама решительно добавила:
