И вот он вернулся. Довольный, растрепанный, в расстегнутой рубашке, кружился меж столов самой скверной таверны Эльсинора в компании аж целой принцессы. Шикарной. Длинноногой, высоченной. Обладательницы смазливого личика, густой копны буйных рыжих завитков, узенькой талии, пышной груди и аккуратной аппетитной попы, которую типичный для эсгаров наряд обтягивал так, что, казалось, пройдет секунда, и штаны на сестричке Иллая Шергана попросту треснут по швам, не выдержав напора женских форм.
Она не расплакалась, не влетела в таверну, не устроила скандал. Там, где раньше бесновались боль, агония, тоска, отчаяние, не осталось ничего. Пустота. В ее душе зияла дыра. Боги дали ему второй шанс, а он на нее наплевал. Мог связаться с ней по щелчку пальцев, ведь она носила его кольцо, не снимая. Что дома, в тихой гавани, что на улице, когда доставляла по адресам банки и склянки, а потом закупалась провизией для прожорливой нечисти. С кольцом она принимала ванну и спала, мысли не допускала хоть на секунду расстаться с его подарком. Поисковое заклинание сработало бы без сучка и задоринки, но он предпочел отплясывать с принцессой, а о той, что отдала ему свое сердце без остатка, забыл.
Пустота уступила место ненависти. Гневу, ярости. Если бы не Кики, Амина сотворила бы непоправимое. Куснула бы Кассею назло. Убить девицу духу ей бы не хватило. Бес ее чувствовал тонко, переубеждать не стал. Конечно, понимал, что любая попытка ее образумить лишь больше ее разозлит. Предложил свой план с похищением. Мол, пускай Феанор помучается. Поищет свою благоверную. Ту самую, что сейчас сидела у нее на кровати, наслаждаясь вином, и смачно зевала, пока Амина вертелась перед зеркалом, постоянно что – то поправляя и одергивая.
Собственное отражение не радовало глаз. Волосы, будто бы утратившие блеск, лежали абы как, изысканное платье из тончайшего шелка, безжизненной тряпкой повисшее на ее тощей фигурке, привлекало внимание к торчащим ребрам и практически полному отсутствию груди… Даже любимое ожерелье с черными ониксами теперь почему – то казалось ей ужасно нелепым.
Унять дурацкую нервную дрожь она была не в силах. И как только принцессе удалось ее уговорить? С Феанором встречаться она и не планировала. Все решила для себя. Кольцо ему вернула, пока Кассея валялась в отключке под действием зелья. Воткнула обыкновенный бумажный конверт в ящик для магпочты, хотя знала, что объект ее девичьих грез и кошмаров находится прямо за дверью.
Стоило сделать шаг и… Но она не смогла. Сбежала по ступенькам, глотая жгучие слезы, продышалась немного и вернулась домой. На островок покоя, оторванный от мира, который Кассея Шерган за день превратила в кипящий жизнью оазис.
Рыжая бестия с таким энтузиазмом драила ее потолки, простив ей инцидент с похищением, что Амина прониклась. Расслабилась. Позволила ей рассказать свою историю и чуть не утопилась от стыда. Старшую сестру короля Иллая с Феанором и впрямь ничего, кроме теплой дружбы, не связывало. Кассея не лгала. Этот смущенный румянец на щеках, робкая улыбка, блики слез в глазах, когда принцесса поведала о недавней ссоре с Лиором. Кто – то попался в те же сети, что однажды едва не сгубили Изабеллу.
– Выгляжу я просто отвратительно, – намотав на палец прядь волос, Амина бросила на Кики обиженный взгляд.
Ее гостья весь вечер твердила, что ей нужно объясниться с Феанором, дать ему шанс, а нечисть, предательница, активно поддакивала, навернув незадолго до этого целую скумбрию.
Кассея закусила губу, пряча улыбку:
– Фариарди, ты роскошна. К тому же любят не за красоту.
– А за что? За характер и морщинки у глаз?
– В том числе. За пороки, изъяны. За кривую ухмылку, шрамик над бровью и щербинку меж зубов. За доброту, за принципы. Погляди на ту же Каталину Берлейн. Красавица, умница, легендарный артефактор… И Эртель Стоун. Вздорный, вспыльчивый, мстительный мужлан. Еще и алкоголик со стажем. Но она выбрала его. Или мой брат. Хорош собой, силен и телом, и духом. На ком он женился? На Бэан’не Даэр’аэ. Спесивой, бессовестной девице. Избалованной, капризной стерве, чьими стараниями он прослыл рогоносцем на весь Эльсинор.
Драконица со своим бардом, который зажимал ее на каждом углу, конечно, знатно ославила мужа. Народ Иллая обожал как чуткого и справедливого правителя, но косточки ему перемывали все, кому не лень.
– Даэр’аэ похожа на дорогую фарфоровую куклу с витрины модной лавки где – нибудь в центре Килденгарда, – Амина сдалась. Застегнула платье и набросила на плечи накидку с длинным ворсом, надеясь придать своей фигуре объем. – Твой брат взял в жены яркую женщину. Эффектную. Таким спускают с рук их мелкие капризы. Иза тоже вертела Лиором и так и эдак, а он терпел ее выходк… Боги. Извини. Не стоило ее упоминать.
К ее удивлению, на лице принцессы не дрогнул ни один мускул. Кассея глотнула вина и без тени обиды усмехнулась, наглаживая довольную трапезой нечисть:
