– Все нормально. Не переживай. Когда – то он кого – то любил, бывает. Да и я не святая невинность. Хотя твоя сестра меня порядком нервирует, не отрицаю. Эти ваши волосы! Ну почему они так блестят? Есть секрет или это семейное?
– Это вуаль для блеска. Моя мама создала этот рецепт, а мы с сестрицей пользуемся. Где – то у меня здесь была запечатанная колба, – Амина приоткрыла комод, питая слабые надежды, что Кики и эту порцию не спер. Бес страх как любил, чтобы шерстка его сияла на солнце, источая нежный запах чайной розы, и уничтожал запасы с такой скоростью, что пополнять их она уже не успевала. – А может и нет… Кики! От тебя сплошные убытки!
Естественно, колбы на месте не оказалось. Зато на дне ящика валялась белая ленточка, которую Амина по привычке завязывала на горлышке емкости бантиком. Точно так же, как в ее детстве делала мама.
– Госпожа, не будь жадиной, – промурчала нечисть, ластясь к принцессе. – Фамильяр – лицо ведьмы! Тебе что, нужен всклокоченный кот в колтунах? А наша гостья подождет. В следующий раз забежит на огонек, мы ей не один пузырек подарим, а целый ящик!
Принцесса радикально отличалась от тех женщин, что встречались ей на жизненном пути. Светлая, добрая, искренняя. Ее присутствие не тяготило. Не рождало неловкого молчания, необходимости хоть чем – то заполнить повисшую в воздухе паузу, что – то из себя изобразить, произвести впечатление.
– Ловлю на слове, – Кассея почесала Кики за ушком, словно тот и в самом деле был котом. – Ты проследишь за тем, чтобы твоя госпожа сварила для меня вуаль, а я принесу тебе всяких вкусностей с рынка. Идет?
Нечисть засияла аки медный таз:
– Идет. Рыбку, главное, возьми. Остальное на твой вкус.
– Рыбку возьму. А теперь слезай – ка с меня, пушистое чудо, – сдвинуть упитанную тушку с колен принцессе удалось с трудом, но попытка все же увенчалась успехом. – И, Амина… Нам пора. Не то Феанор состарится, пока ты наряжаешься. Уверена, ему глубоко плевать, в платье ты или в мешке из – под картошки. Ты оттягиваешь неизбежное.
– Мне страшно. Два десятка лет прошло. Я изменилась. Та беззаботная, безрассудная, наивная девчонка, которую он знал, умерла вместе с ним. Ничего от нее не осталось, кроме внешней оболочки. Я другая. Скучная, мрачная, нелюдимая. Что, если такой я ему не понравлюсь?
– Это ты – то скучная? Горе – похитительница! – Кассея звонко рассмеялась, подхватив ее под локоток. – Идем! Где выход из твоего артефакта?
– Ты стоишь перед ним. Зеркало и есть выход, – в доказательство своих слов она протянула руку, и материя пошла рябью, поглотив ее ладонь.
Рыжая бестия, ухмыльнувшись, бесцеремонно толкнула ее в спину и нырнула следом, а потом громко ахнула, обнаружив, что артефакт забросил их прямо к ней домой. На лестницу между этажами. К тому самому ящику с магпочтой, где Амина оставила конверт с кольцом:
– Ого! Зеркало не только выход, но и портал?
Письмо из ящика исчезло, а значит, Феанор его забрал. Или Изабелла, будь она неладна.
– Именно. Кстати, у тебя в квартире целый консилиум. Чувствую Изу, Лиора и какого – то мужика с хорошим дорогим парфюмом.
– Это Уль’д’раксис Аракс. Мой дракон и по совместительству новый поклонник твоей сестрички. Но… Секунду, – Кассея прикрыла глаза и замолкла. – Да, я не ошиблась. Эти двое уже ушли. Изабелла собиралась провести какой – то ритуал, чтобы меня найти.
– Ты с ним в голове разговариваешь? На расстоян…
Краем уха она услышала знакомые шаги. Взволнованный голос, назвавший ее по имени. Дверь распахнулась, с грохотом ударившись о стену. Амина клялась себе, что не станет рыдать, но слезы уже градом катились по щекам. Феанор бросился к ней и прижал ее к груди:
– Ами…
Чуткий нос кровопийцы уловил родной запах. Тонкий пряный аромат его кожи.
Где – то у нее за спиной возмущенно сопел Лиораэль. Прошипел что – то гневное, но ее судорожные всхлипы были слишком громкими, чтобы вычленить смысл из его слов. В ответ на него рыкнула Кассея и, кажется, потащила бывшего ректора Академии Сейгард дальше по коридору.
– Ами, – прохладные губы коснулись ее виска. – Не плачь, умоляю. Я виноват. Виноват, Ами. Дурак набитый. Взрослый мужик, а мозгов нет.
Он так бережно сгреб ее в охапку, что она даже и не поняла поначалу, что ноги ее оторвались от земли. Нес ее куда – то. Вероятно в логово принцессы. Но она отлипнуть от него не могла.
Феанор усадил ее на подоконник, выпустив из объятий:
– Фариарди, посмотри на меня. Помнишь, как мы с тобой рисовали эскиз короны? Бумажку прикладывали поверх картинки с оленем из детской сказки?
