Голос был знакомым. Аркаша с удивлением посмотрел на сцену. Там в сиянии собственного ошейника стоял Мартын с микрофоном в руке.
— Девчонки, вы попали! — профессионально завывал он. — У нас в гостях супер-пупер-мега-секс-идол! В представлениях нет нужды, вы, конечно, узнали этого парня! Звезда реалити-шоу и телефабрик, первый любовник и последний герой! Поприветствуем его!
Аркаша вдруг почувствовал на себе взгляд толпы. Никто уже не смотрел на сцену, все головы повернулись к нему. Пол качнулся, подкатил тошный испуг, как при попадании в воздушную яму. Прожектор вцепился в него, отбрасывая окружающих в темноту. Аркаша хотел было отступить, нырнуть в людскую гущу, укрыться — ведь не о нем же, в самом деле, грохочет этот голос в колонках, — но пятачок пустого пространства повсюду следовал за ним, кутая в мягкий кокон света.
— Да нет, это он шутит, — бормотал Аркаша едва слышно, — розыгрыш такой… подстава…
— Ну, что ты там мечешься, скромняга? — интимно шепнул Мартын на весь ангар. — Лезь на сцену, а то затопчут!
И сейчас же за спинами ахнул нежный голосок:
— Ой, девочки! И правда — он!
Толпа колыхнулась. Мужчин оттирали вглубь, забелели коленки, блеснули губы, потянулись наманикюренные коготки…
Аркаша бросился к сцене. Толпа девчонок смыкалась позади него, настигая. Мартын протянул ему руку и вытащил наверх. Девичья масса с визгом ударилась о подмостки, плеснув на рампу волной терпкого запаха духов.
— Спокойно, дамы! — веселился Мартын. — Звезда сама выберет себе партнершу на белый танец!
— Илюша! Троллик мой ласковый! — взмолился низкий девический голос.
— Димочка! Забери меня отсюда! — заверещал высокий.
— Май! Я здесь! — вопили сразу с нескольких сторон.
Что за черт, страдал Аркаша, глядя в россыпь безумных глаз. За кого они меня принимают? И что это за странные духи? Пахнет, будто жженым медом…
До него вдруг дошло. Пахло от него самого. Мартыновской чудесной водкой на травах, с дымком. И запах становился все резче, почти видимой пеленой стекал в зал, туманя мозги и застилая глаза. По сцене запрыгали мягкие комочки, девчонки бросали пушистых медвежат и зайчиков — брелки со своих рюкзачков, мобильники в меховых чехольчиках, цепочки и сережки. В лицо Аркаше ударил легкий тряпичный пучок. Он подхватил его и рассмотрел. Какие-то кружевные тесемочки, сшитые друг с другом полукольцами.
— Чего это? — растерянно спросил Аркаша.
— «Чего, чего»! Трусы! — прошипел Мартын мимо микрофона. — Линять отсюда надо, сейчас ломанутся!
Он сгреб Аркашу в охапку и потащил его за диджейский пульт. Здесь обнаружилась низенькая дверца, ведущая за сцену. Дверца была открыта, за ней маячила фигура одного из неразговорчивых Мартыновых друганов.
— Лезь туда! Живо! — скомандовал Мартын.
Аркаша не упирался, его подгоняли ураганно нарастающий вой и хруст ломаемой рампы.
Втроем они пробежали темными захламленными коридорами и оказались у запасного выхода. Во дворе взрыкивал мотором широченный «Хаммер» с открытым кузовом. Молчаливый сейчас же полез в кабину, где обнаружился и второй, а также водитель, напряженно вцепившийся в руль и даже не повернувший головы.
— Быстро в машину! — гаркнул Мартын на бегу.
— Ты чем меня напоил, скотина?! — уперся Аркаша.
— Потом! Потом объясню! Поехали!
— Ну уж нет! — Аркаша безуспешно пытался оторвать его цепкую лапу от своего рукава. — Я домой пойду!
Мартын неприятно оскалил крупные зубы.
— Дурак! Пешком не уйдешь! Порвут!
Где-то позади уже слышался дробный топот погони.
— А, ч-черт… — Аркаша с трудом перевалился через борт «Хаммера» и, больно ударившись коленом, упал на дно кузова. Рядом мягко приземлился Мартын. «Хаммер» урчал на повышенных оборотах, но не двигался с места.
— Трогай, трогай! — прошипел Аркаша, потирая колено. — Чего ждем?!
Но водитель сидел, будто неживой. Двое друганов спокойно перекладывали на сиденье какие-то металлические коробки.
— Сейчас, сейчас, — успокаивал Мартын, — без команды нельзя…
— Без какой команды? — не понял Аркаша. — Ты же сам говорил — порвут…
И тут один из сидевших в кабине, не оборачиваясь, громко произнес:
— Мухтар! Голос!
Мухтар?!
Аркаша изумленно уставился на Мартына. Мать честная! А ведь точно! Никакой он не Мартын! Мухтаром его зовут! Помнилось же, что собачья кличка! И морда совершенно псиная! Как можно было перепутать?
Мухтар снова оскалился, вывалил плоский слюнявый язык, но, вместо того чтобы подать голос, вдруг впился зубами в плечо Аркаши, так что тот заорал от боли.
— Ты что, сдурел?! Отцепись!
Свободной рукой он неловко, без замаха, бил Мухтара по голове, по шее, по носу, но тот лишь жмурился, хрипло рыча, и ничуть не ослаблял хватки.
Дверь клуба распахнулась, и на крыльце появились несколько растрепанных девиц.
— Вот ты где! — истерически завопила одна из них. — Андрюшенька мой!
Сейчас же из ангара посыпалась все прибывающая толпа.
— Пора, — спокойно сказал один из друганов… нет, один из хозяев Мухтара. — Трогай!
