«…Многие промышленники, Охотясь из года в год, приноравливаются выманивать зверя на манок, или вабить. Опытный вабильщик, заняв с раннего вечера позицию вблизи логова и передушив прежде щенят, чтобы не разбежались, выманивает матку прямо под выстрел или в сеть…»
— Да всякое, конечно, бывало, — Лариса отодвинула чашку, потянула из пачки белую соломину «Эссе». — И ругались, и посуду били. Один раз я даже уезжала из-за нее к маме и вещи перевозила…
— Да ну?! — Светка, сидевшая далеко, за компьютером, вытянула тощую шею на полметра лишних, чтобы не пропустить ни словечка. — Как же это ты? Расскажи!
— Да что там рассказывать… — Лариса пустила дым в потолок. — Поживешь со свекровью — сама узнаешь. Попила мне кровушки…
Она снова затянулась и замолчала надолго, будто пробовала на вкус не ментоловый дым, а воспоминания.
— И все-таки с ней было легче. Славка накормлен, одет-обут, сидит с бабушкой, а не с этими тварями-няньками. С работы приходишь — ужин на столе… А как похоронили бабушку, как взялась я посуду мыть на поминках — вот, думаю, вся жизнь моя теперь так и пойдет: готовь да посуду мой…
— Да уж, теперь только это, — покивала многоопытная Вера Сергеевна, — да стирка, да уборка, да за дитем ходи. А в школу пойдет — еще труднее будет.
— А твой-то что? — снова встряла Света, поднимая маленькую, как у змеи, головку над монитором. — Совсем не помогает, что ли? Запряги!
Лариса молча задавила окурок в пепельнице.
— Да, запряжешь их! — Вера Сергеевна гневно звякнула чашкой. — На мужиков где сядешь, там и слезешь.
Света вдруг зарделась и стыдливо упрятала головку за компьютер. Видимо, Вера Сергеевна невзначай задела интимное.
На столе у Ларисы мобильник пропел серенаду.
— Ну вот, легок на помине!
Лариса, утвердив на лице скептическое выражение, взяла трубку.
— Да, Андрей! Чего тебе?
— Мама! А ты скоро придешь? — прокричал ей в ухо детский голос.
— Славик?! — удивилась она. — Ты с папой?
— Папа на работе! — доложил детский голос. — Папа забыл дома свой могильный телефон!
— Не могильный, а мобильный, — поправила Лариса.
— Не могильный, а могильный, — старательно повторил Славик.
Лариса смотрела на коллег выразительно-скорбными глазами.
— Зачем ты звонишь, Славик? Маме надо работать!
— Я хочу на улицу!
— Потерпи. Вот я приду — и пойдем гулять.
— А ты когда придешь?
— Через три часа, еще работы полно…
— А через три часа — это скоро?
— Все, хватит болтать! Деньги тратятся. Положи телефон и больше ничего не нажимай! Понял меня?
— Понял! А папе можно позвонить?
— Я кому сказала, оставь телефон в покое! И телевизор не трогай!
Лариса положила трубку и снова закурила.
— Могильный… Это он после похорон слова путает. Все спрашивает, зачем бабушка переехала в могилу, может, мы ей надоели…
— Только там и отдохнем… — вздохнула Вера Сергеевна. — И как он номер набрал? Я до сих пор в этих кнопках путаюсь!
— Ой! — Лариса махнула на нее сигаретой. — Дети с техникой в сто раз лучше нас управляются! Прямо беда! Сам телевизор в сеть включает и пультом щелкает. Уж и затычки на розетку ставили, и чего только не делали — бесполезно!
— У моих знакомых, — Света вынырнула из-за монитора, — сынишка до стиральной машины добрался. Один раз только видел, как мама кнопки нажимает, и на другой день все половики выстирал, замшевые сапоги и кота.
— Живой? — поинтересовалась Вера Сергеевна.
— Ну, вы скажете! — Света возмущенно выгнула шею. — Что ж, убить ребенка из-за какой-то стиралки?! Новую купили.
— Да я про кота!
— А! Про кота не знаю. У них сейчас дог.
Снова грянула серенада. Лариса схватила трубку.
— Славик! Я же просила тебя не звонить! Ну что ты, не можешь занятие дома найти?!
— А я уже не дома! — проквакал детский голосок в трубке. — Я пошел гулять!
— Что?! — Лариса так резко вскочила, что уронила стул. — Как это гулять?! Кто тебе дверь открыл?!
— Я сам! — гордо сообщил Славик. — Папа ключи тоже забыл.
— Я убью этого папу… — прошептала Лариса, закрыв глаза. — Славик! Немедленно вернись домой!
— А где наш дом? — поинтересовался Славик.
Трубка дрожала возле Ларисиного уха, задевая серебряную сережку.
— Ты во дворе, да? Там, где качели?
— Нет, я на улице. Тут машины.
— Стой! — Лариса поперхнулась криком. — Стой на месте, сынок! Стой и не шевелись!
— Я стою, стою, — успокоил Славик. — Тут красный свет горит…
— Пожалуйста, не переходи дорогу, Славик! Жди мамочку! Я уже бегу к тебе!
Лариса, не отрывая трубку от уха, бросилась к выходу.
— А теперь зеленый, — доложил Славик. — Мама, я иду тебя встречать!
— Нет! — Голос ее вспугнул коридорную тишину.
Лариса пробежала мимо проснувшегося вахтера и застучала каблуками на лестнице.
— Не надо меня встречать! Стой на месте, я сказала!
— Я не могу больше говорить, — сказал Славик. — Деньги тратятся.
