– Сашка ты что там валяешься, вставай, не на курор…, медленно приглушились звуки, наступила полная тишина.
«Приехали! Догулялся я, вот она какая, белая горячка?!» – в ужасе думал Сашка.
Разум мгновенно протрезвел, но тело не чувствовалось, неизвестно было ли оно, как им управлять Сашка тоже не понимал.
«Может это не горячка, вдруг я умер? И что нужно делать в таких случаях?
Неужели я здесь один? Ау-у-у!
Ничего! Какая-то белая пустыня, ни неба тебе, ни основания какого!
Так! Я могу мыслить? Ладно, А-а-а-а-а-а-а!
И что дальше? Мысленно поорал, ничего не меняется.
Стоп! Я ведь выпил что-то!
Так, так, так! Семеныч говорил про технический спирт, значит я выпил метиловый спирт, видать он с концентрацией перемудрил.
Это уже лучше, теперь нужно вспомнить… Что-то же читал давным-давно про него. Так, метиловый спирт, метиловый…
О! При отравлении начинаются проблемы со зрением! Все! Теперь ясно, значит я видать не умер пока, а ослеп!
Так вот значит, что чувствуют слепые!
Стоп, почему тогда нет слуха? Вроде бы должно там тошнить или какие-то ощущения. Нога у меня с утра болела и зуб ноет давно, куда боль то делась?!
Может все-таки я того? Улетел на топливе, что Семеныч набадяжил?!
И что мне теперь так вечность сидеть в белом кубике?
Ладно, буду думать что-нибудь. А что у меня вообще есть подумать?
Жила была бабка и был у нее остаток муки, испекла она… мда, не то лезет в голову.
Стихи может вспомнить?
Я вас любил, любовь еще, быть может,
В душе моей угасла…
Кого я обманываю? Любил он. Мать любил ногой пнуть, чтобы денег выдала.
Аа-а-а. Да что ж такое! Выпустите меня, кто-нибудь тут есть кроме меня?!
ААААААА-ААААА-ААААА!!!
…
ААААААА!!!
…
Что же делать?
…
Фух-х, может это ад? Почему такой яркий?
Всегда думал, если ад есть, там черти и темнота.
Та-а-а-ак! Надо как-то выбираться! Что же можно сделать, точнее подумать, хм-м?
Что я вообще знаю? Школьную программу? Забыл уже все.
Так, может что по работе, деньги считать? Ящики таскать? Нет, наверное, не то.
Дискотека тоже не то, может песню запеть? Нет, что-то не до песен в таком положении.
Мать говорила, у них там монах какой-то, все в одиночестве сидел, в пещере, что ли. И как он сидел интересно один на один с мыслями, может мухлевал? Только вид делал, что сидит, а сам ходил где-нибудь, кто их теперь разберет.
Нет, не то это все, не то!
Сашка ты меня слышишь?
Да, слышу, это кто?
Да это я, Санек.
Че ты, как? Сидишь?
Сижу, вот…
Ну сиди, сиди, поразмыслить время, то есть!
Мда, сам с собою, конечно, долго не поговоришь, глупость какая, надо же вляпаться так.
Идея! Мать говорила, нужно в таких ситуациях к Богу ее обращаться!
Хоть бы молитву какую запомнил.
Отче наш…
Нет не помню.
Ладно, попробую так, без зубрежки.
Бог! Я тут застрял вот, не знаю, что делать! Мать говорила Ты все можешь. Давно не обращался к Тебе, последний раз, видать, в детстве. Помню гроза сильная и дождь льет, мы в сарае спрятались, я и пытался обратиться, только молитв и тогда не знал, да и сейчас.
Вот я здесь! Нужна Твоя помощь, не знаю, что и делать, как выбираться?!
Если это ад, то понимаю, заслужил! Дай мне знать, что я умер, буду получать по заслугам! Понимаю, мозг пуст, прогулял, проиграл в карты, проспал. Еще отец, когда жив был, он вроде сдерживал, а сейчас уже совсем забросил себя.
Если Ты есть, прошу, помоги! Дай мне разобраться, а если можно, вытащи! Если вернешь назад, обещаю начать исправляться!
Христос, прости меня дурака и помилуй!»
– Кхе, кхе, кхе-е-е-е-е.
– О-о, рыжий! Санек очухался, давай еще воды, воды, стакан неси, по-быстрому!
– Ну ты даешь, думали уже по ту сторону травы, а ты вот он, живехонький! Ну красава!
– Поливай его, поливай, пусть приходит в норму!
– Ох-х, вы че-е-е творите братва? Траванулся я что ли? – промямлил Сашка, – фух, такого кошмара никому не пожелаешь. Бр-р-р. Слава Богу вернулся!
– Привиделось что? Ты смотри, Бога поминать стал, уха-а-хаха!
– Сам не пойму, дайте в себя прийти.
– Ладно садись, вот луком закуси – предложил Рыжий.
Сашка сел под стену магазина и долго привыкал к свету. Все вокруг казалось серым, как в мышиной норке. Снова болел зуб! Стало радостно от ноющего синяка на ноге! Он жил! Сердце все еще не отпускало, но в нем появилось, что-то новое, давно забытое!
Вставая на ноги, ощутил, трезвость, голова слегка кружилась, все так же хотелось выпить.
– Санек, твоя мать идет! Давай сгоняй, не хватает на бутылку!
Саша подошел, опустил голову и долго молчал.
– Мать, прости меня!
Валентина торопилась домой после встречи с Катей. Первый опыт исполнения Божьей воли прошел хорошо, она чувствовала похвалу, которая бывает от добрых родителей, поручающих малышу выполнить ответственное дело.
Дошла домой и встала на молитву перед иконами. Молилась на коленях, пока не ощутила усталость, легла немного отдохнуть. Только прикрыла глаза, как появилась улица. Та самая, на которой они познакомились с мужем, рядом знакомая школа, яблоневый сад.
Вдали показалась знакомая фигура, шагающая вдоль домов, к школе.
«Неужели это он, Сережка, похож как издали, но ведь его уже нет, он…»
