После того как преподаватель травологии спустилась на траву, трап ладьи втянулся, судно плавно и бодро понеслось в сторону Аркаима. Мое сердце стучало глухо и глубоко, а в голове роились миллионы вопросов, главными из которых были: найдут ли их, что тогда будет и почему, в конце концов, я совершенно не беспокоюсь о факте вышибания душ из пятикурсников?
Видимо, эти вопросы отразились у меня на лице, потому что Горисвет подсел ко мне и спросил:
– Есения, ты какая-то странная. У тебя все хорошо, сестрица?
Я вздрогнула.
– А почему у меня должно быть что-то нехорошо?
– Да нет, ты не подумай ничего, – поспешил оправдаться он. – Просто взгляд у тебя какой-то…
– Какой? – с напором поинтересовалась я.
Горисвет даже немного отсел и покосился на Руслана, который взглядом оказывал ему моральную поддержку с соседней лавки.
– Не знаю, – после секундной паузы ответил рыжий. – Какой-то… Сам не свой.
Мне пришлось демонстративно закатить глаза и отмахнуться со словами:
– Это ты цветов с пахучих яблонь нанюхался. Теперь всякое мерещится.
– Надеюсь, что мерещится.
– Успокойся, – заверила его я. – Со мной все в порядке.
На это Горисвету осталось только вновь обернуться на Руслана и пожать плечами. Тот на меня покосился странно и печально. Только теперь я заметила, что Беляна, обычно прилипшая к нему, как банный лист, сидит на задней лавке и задумчиво смотрит на горизонт.
Я послала заклинателю зверей взглядом немой вопрос, который он прекрасно понял и в ответ только тяжело вздохнул. Значит, признался. И снял с Беляны чары. Мне бы подойти к Беляне, поговорить, как подруга, но мне почему-то стало все равно, что с одной стороны удивило, а с другой… А какая разница, что с другой?
Горисвет поначалу пытался меня разговорить, но после двух неудачных попыток отсел обратно к Руслану. Весь путь до Аркаима я провела в молчании, размышляя о новых силах и могуществе, которые раскрыли передо мной бездну возможностей. А нужно было всего-то позволить Чернобогу мне помочь. Почему я раньше этого не сделала – непонятно.
Погода портилась все быстрее, и полет ладьи ускорялся. На самом подлете к посадочному пятачку мне на нос упала холодная капля. После приземления, не дожидаясь друзей, я, окрыленная мощью, помчалась в жилой корпус, но не к себе, где меня ждет Рыся, а прямиком на этаж пятикурсников к Драгану в комнату. Когда я постучала и он открыл дверь, лицо навника в удивлении вытянулось.
– Есения? Не ожидал, что ты…
– Я сама не ожидала, – уверенно заявила я, чувствуя, как храбрость и сила кружатся в моей груди. – Но я очень хотела тебя видеть.
Навник улыбнулся.
– Что ж, я здесь, – его глаза внимательно прищурились, взгляд стал проницательным и цепким. – Что-то с тобой не то. Ты чего такая…
– Какая? – усмехнулась я и шагнула к нему ближе, обхватывая руками шею.
Драган обнял меня за талию и проговорил, склоняясь надо мной для поцелуя:
– Мм… Уверенная.
– Это разве плохо?
– Нет. Но обычно такие резкие перемены не происходят просто так.
Я придвинулась ближе к его губам и сказала:
– Ты действительно сейчас хочешь говорить об этом? Или, может, все-таки меня поцелуешь?
Привстав на цыпочки, я потянулась к его губам и коснулась их, Драган ответил на поцелуй, но продлился он гораздо меньше, чем я ожидала. Навник чуть отстранился и с сосредоточенным вниманием посмотрел мне в глаза так, что я даже сквозь его голубые линзы почувствовала, как он прощупывает меня на черноту.
– Ты ничего не хочешь мне сказать? – спросил он.
Разочарованно выдохнув, я отступила назад.
– Ну вот, ты испортил момент.
На это Драган вновь ухватил меня за пояс и притянул к себе, нависнув, как гора, и загадочно улыбнулся.
– Я всегда могу этот момент исправить. Но мне хочется знать, какая муха тебя укусила, если ты среди бела дня решилась в одиночку подняться на этаж пятикурсников в отделение навников. Раньше ты стеснялась и боялась. Что изменилось?
Я выдохнула и призналась:
– Ну, если честно, кое-что есть.
– Я так и думал.
– Но обещай мне, что не будешь орать и не сдашь меня ректору и деканату.
Драган чуть нахмурил брови.
– Теперь ты меня пугаешь.
– На самом деле, – начала я, – ничего такого. Просто я… гм… Дала волю своей черной силе.
Глаза Драгана округлились, он снова отстранился и усадил меня на кровать, наклонившись вперед со всем вниманием.
– Так. Это меня, безусловно, радует, – сказал он. – Но что конкретно ты сделала?
И я, как на духу, рассказала обо всем, что произошло в лесу. Пока навник меня слушал, выражение его лица поменялось несколько раз от восхищения и радости до мрачной задумчивости и обреченности. Когда я закончила, на нем застыла печать чего-то такого, чего я объяснить не смогла. Но выглядел он крайне озадаченным и, кажется, удрученным. Прежде чем заговорить, он выждал минуты три и лишь тогда сказал медленно и с расстановкой:
– Значит, ты… Говорила с самим Чернобогом? Я верно тебя понял?
– Абсолютно.
– И он пообещал тебе защиту, несмотря на то, что ты не только навник, но и правник?
– Именно так.
– Немыслимо… – прошептал Драган и, уперевшись локтями в колени, ошарашенно уставился в пол.
