Взгляд Руслана озадаченно опустился на цветы, лицо глуповато вытянулось, что можно расценить как «я понятия не имею, что такое фуксия и чем это отличается от розового».
– Ты хотя бы показала, как выглядит твоя фуксия, – произнес он.
Я запихнула ветки с цветами в косяк плетеной арки, которую специально установили для декорирования, и заметила с улыбкой:
– Беля, будь снисходительнее. Он ведь освоил нормальный язык.
– Не без моей помощи, – уточнила ясновидица.
Руслан охотно закивал.
– Ты моя благодетельница.
– Это сарказм? – уперев кулак в бок, поинтересовалась Беляна. – Вообще-то, я тебя простила, после того как ты меня околдовал. Так что попрошу без вот этого всего.
Руслан торопливо поднял ладони в примирительном жесте и проговорил:
– Да какой сарказм. Я правда считаю, что ты молодец. А то, что ты меня простила, вообще никогда не забуду.
Удовлетворенно кивнув, Беляна продолжила вставлять цветы в обрешетку.
– И правильно, – согласилась она. – Скажи спасибо Есении. Если бы не она, мы бы никогда не узнали, что я чувствую к тебе на самом деле.
На секунду в глазах Руслана промелькнул испуг, он замер и спросил:
– Но ты ведь чувствуешь?
Покосившись на заклинателя зверей, Беляна выдержала небольшую паузу, наслаждаясь секундным превосходством, но долго выносить мук Руслана не смогла и ответила:
– Ну ты и дурашка, Руслан. Ты мне понравился еще в ладье, когда мы только летели в академию. Не понимаю, откуда в тебе столько неуверенности.
– Ну… – покраснев до кончиков волос, протянул заклинатель зверей, пряча взгляд в пучке с цветами, – ты вон… какая.
– Какая? – поинтересовалась Беля.
Он вздохнул глубоко и протяжно, а потом ответил:
– Прекрасная.
На это ясновидица залилась звонким смехом, всплеснув руками так, что с пучка оторвались розовые лепестки и стайкой поднялись в воздух.
– Какой ты милый, Руслан, – хихикнула она и звонко поцеловала его в щеку.
Я наблюдала их воркование и косилась в сторону на группу пятикурсников, которые украшали фонтан на площади перед академией. Они тоже на меня поглядывали. В итоге одна из них отделилась и направилась прямиком в нашу сторону. Пока она поднималась по ступенькам, я напряглась, ощутив знакомое вращение энергий в груди, которые благодаря преподавателям я научилась распределять и контролировать. Так что к моменту, когда она поднялась, я основательно подготовилась.
Рыся тоже заметила ее приближение и подняла голову со словами:
– Если эта сударыня снова решит бесчинствовать, я быстро научу ее манерам.
– Надеюсь, она идет не за этим, – сказала я.
Пятикурсница тем временем поднялась по ступенькам и опасливо покосилась на Рысю, которая выглядела белой и пушистой в солнечных лучах, но мы все знали, как быстро она может перейти в боевую форму.
– Доброе утро, – поприветствовала пятикурсница.
– И тебе доброе, Василиса, – ответила я и взглянула ей прямо в глаза.
Медовая блондинка неуверенно повела плечами, ее лицо с сожалением поморщилось, и она проговорила:
– Слушай, я вот чего подошла… – Она бросила короткий взгляд назад на фонтан, где Снежина, Снег, Град и две ее подружки делают подталкивающие движения руками и кивают. Василиса шумно выдохнула. – Как мне ни трудно это признавать, но я была неправа.
Позади меня фыркнула Беляна, Горисвет покашлял, а я сказала:
– Не поспоришь.
– Просто, понимаешь, Есения, сложно поддерживать имидж классной, красивой и успешной, когда родилась в деревне, – отводя взгляд, произнесла Василиса.
– А ты попробуй не выделываться, а быть естественной. В деревне нет ничего плохого. Вон Руслан из какого-то места, где вообще разговаривают со странным акцентом. И ничего. Даже Беляна его простила за проступок.
Взгляд Василисы стал недоверчивым.
– Считаешь, что меня примут, если узнают, откуда я?
– Думаю, всем плевать, откуда ты, – ответила я. – Важнее, что ты за человек.
Пару мгновений Василиса молчала, будто обдумывала мои слова, затем снова подняла голову и спросила:
– Так у нас мир?
– Мир, – согласилась я.
– Ну и отлично, – ответила блондинка. – Мне пора. Нам еще украшать статуи и лавки. Они без меня не справятся.
После чего развернулась и быстро зашагала к своим. Горисвет, который стоял на стремянке и вешал цветы на арку сверху, поинтересовался:
– Думаешь, она правда пошла на мировую?
Я улыбнулась.
– Уверена в этом.
– Тогда интересно, что ты скажешь об этом, – произнес Горисвет и кивнул куда-то в сторону.
Когда я проследила за его взглядом, то на пару секунд замерла. Справа со стороны пруда, который тоже подлежал украшению, к нашей арке приближался парень с белыми волосами, заплетенными в косу-колос. Глаза его больше не были прикрыты линзами, и я даже с этого расстояния видела, какие они болотно-зеленые. Черная пеньковая рубашка расстегнута на груди, белые брюки свободно колышутся при каждом шаге. Он шел и неотрывно смотрел на меня.
– Ребят, я сейчас, – сказала я, кладя пучок цветов на скамейку.
– Уверена? – с легким беспокойством спросил Горисвет, который после всего, что произошло, окончательно взял на себя обязанности моего старшего брата.
Я кивнула.
– Не переживай.
