Изо дня в день наблюдая бесконечную карусель смазливых мордашек, Дэвид не смог удержаться и как-то на досуге отвлеченно-нейтральным тоном проинформировал приятеля о том, что люди, постоянно меняющие партнеров, на самом деле страдают комплексом неполноценности и, чтобы скомпенсировать внутреннюю неуверенность, вынуждены ежедневно доказывать себе и окружающим, какие они искусные любовники. Брэйд ответил нецензурной бранью, на что Дэвид удовлетворенно улыбнулся: ему таки удалось достать самоуверенного, самовлюбленного хеллаэнца. Сообразив, что этот раунд проигран, Брэйд перестал ругаться и пошел в контратаку.
– Проблемы с самооценкой как раз у тебя, дружок, – важно заявил он. – Ни с кем не общаешься, с девушками не знакомишься, сидишь, уткнувшись в свои книжки…
– Не знаю, кто как, – парировал Дэвид. – Но лично я пришел в школу магии для того, чтобы учиться магии. Не для того, чтобы прогуливать лекции, трахаться со всеми подряд и до полуночи сидеть в кабаке. Правда, удивительно?
– Очень. Такого зануду, как ты, ещё поискать надо.
– Я за эту чертову учебу свои кровные денежки платил, – ответил Дэвид. – В прямом смысле кровные. Можно даже сказать – кровавые. А за тебя заплатил богатый папа. Вот ты и пинаешь балду. Не ценишь того, что имеешь.
– Я-то как раз ценю. – Брэйд сделал внушительную паузу. Ценю свои молодые годы. Понимаю, что это никогда не повторится. И своим «комплексом» – или как ты ещё там это назвал… ну насчет девчонок – я не страдаю. Я им наслаждаюсь.
Дэвид рассмеялся.
– Один-один, – признал он. – Ну ладно, хорош спорить. Каждому свое.
– Да, точно. Кому-то все, а кому-то ничего, – хмыкнул в ответ Брэйд.
Дэвид прищелкнул языком, признавая свою тяжелую горькую участь. Шутливая перебранка была закончена, и возобновлять ее не хотелось. Машинально открыв учебник (беседа, как обычно, происходила в его комнате; в соседней, захламленной комнате Брэйда собирались редко), он произнес:
– Лучше расскажи мне кой-чего.
– Чего? – Хеллаэнец приподнял бровь.
– Вчера теоретик снова что-то ляпнул про какой-то иип. Типа, как не повезло тем, у кого его нет. Что это такое, не знаешь?
Брэйд несколько секунд рассматривал его. Потом пересел на другое место и посмотрел с нового ракурса. Ещё более сочувствующим взором.
– Кончай придуриваться, – посоветовал Дэвид, размышляя, не запустить ли в приятеля чем-нибудь увесистым. – Что это? Ну?
– Не нукай, не запрягал. Необразованный ты ещё. Дикий. Учить тебя ещё и учить…
Дэвид зашарил взглядом по столу, выискивая предмет потяжелее. Из тяжелого нашелся только справочник по системным заклятьям, но кидать дорогущий фолиант, только вчера приобретенный в книжной лавке, было жалко.
Брэйд, правильно оценив настроение землянина, поспешно сообщил:
– ИИП – значит Искусственное Информационное Поле.
Давид молчал секунд пятнадцать.
– И что это такое? – спросил он наконец. Брэйд вздохнул.
– Ты вообще знаешь, что такое информационное поле?
– Не дурак.
– Так знаешь или нет?
– Ну… Это такое хрен знает из чего состоящее поле, где собирается информация обо всем на свете. Соответственно человек, умеющий с ним работать, может эту информацию заполучить. – Дэвид вспомнил, как Алиана восстанавливала прошлое на Острове Мира. Тогда увиденное его более чем впечатлило.
– Спрашивать, из чего оно состоит, бессмысленно, – ответил Брэйд. – Из информации, из чего же ещё?
– Знаешь, я родился в мире, где существование чистой информации, без носителя – это что-то из области фантастики…
– Какая отсталая цивилизация!.. – поразился Брэйд. – Не открыли ещё, что информация является одной из функций метамагического поля…
– Знаешь, – признался Дэвид. – Мы ещё метамагическое поле не окрыли, куда ж нам до его функций…
– Ну и убожество… Ох, прости, Дэвид! Не хотел тебя обидеть.
– Проехали. Ещё настанет день, когда мои земляки выйдут в большую Вселенную и наведут тут порядок.
– Скорее всего, этот день станет последним днем твоего мира, – без улыбки ответил Брэйд. – Как обычно и бывает, когда молодая цивилизация куда-то «выходит». Мечтают, как водится, о лидерстве и покорении небесных сфер, а на деле – растворяются в той культуре, с которой они так долго рвались установить контакт. Слабые и отсталые принимают тот образ жизни, который диктуют сильные. Это очень печально, но это так.
Дэвид не нашел, что возразить. Что произошло с коренными австралийцами и индейцами при появлении европейцев?… Где-то, на уровне подсознания, он всегда считал, что цивилизация Земли какая-то особенная, что она прорвется куда угодно и победит всех, что чем-то да возьмут неунывающие земляне могучих, но глуповатых инопланетян, в чем-то земляне обязательно да превзойдут все остальные, древние и могущественные расы, населяющие Вселенную. Этот стереотип внушался ему с самого детства, вдалбливался посредством фильмов и книг, где в конечном итоге земляне обязательно оказывались самыми-самыми. Казалось, иначе и быть не может.
