Встретиться лицом к лицу с Мореной оказалось столь же опасным, как и с любой нечистью. Хоть не было в ней много силы, но зато власти и воли не занимать. Яромир едва не попятился, проклиная себя горемыку и непутёвого братца.
– Я знаю, где я. Но пришёл не к тебе. Мне нужна Ведана.
Морена обернулась. Поднявшийся было шум стих. Видно даже на своих с лёгкостью наведёт страха.
– И зачем же? Не припомню я, чтобы вас что-то связывало.
– Хочу позвать на танцы.
Уже во второй раз это вызвало бурную волну шёпота. Морена, наоборот, злилась лишь сильнее, не находя в смелости, ею видимой как наглость, ничего достойного.
– С чего это ты, избегающий нас как огня, вдруг решил заделаться добрым молодцем? Княжич Вершины забыл о ненависти?
– Мой брат предложил проявить дружелюбие, а я послушал его. Всё просто.
– Брат? – в одном слове она уместила море ехидства. – Тот, о чьих подвигах судачат и ваши, и наши? Давеча мне казалось, он похож на тебя во всём, но видно ошиблась. Он значится мудрей и разумней.
Яромир невольно оглянулся, найдя Далемира на том же месте, взирающего со странным недовольством – хотел ли поскорее покончить со спором или же узнать о чём ведутся разговоры, не ясно. Морена перехватила этот взгляд. Но тогда из круга тел, наконец, выступила та, что и была нужна ему.
– Правда это? – сходу спросила Ведана. – Правда, что меня ищешь? Аль очередные шутки?
– Я с тобою честен, княжна.
Он протянул ладонь, намереваясь прождать сколько придётся, но Ведана оказалась намного сговорчивее сестры. Белая ладонь легла в его, крепко сжимая, а искренняя улыбка и вовсе обескуражила, заставив потеряться в мыслях.
– Пойдём же, пока не поднялась Зоря.
Яромир кивнул, не доверяя словам, и повёл её к одному из костров, где кружили воедино фигуры. Дым и искры не смущали, и подобно мотылькам они поддались дыханию природы, дарили жар своих тел, жизни Богам. Народ приветствовал их дружно и задорно, принимая как родных, и совсем скоро мирское осталось позади, пусть и всего-то на этот краткий миг.
– И всё-таки ты умеешь веселиться?
В момент передышки обратилась к нему Ведана. Лоб и щёки её горели румянцем, а цветочный венок сполз набок. Должно быть, оттого улыбка и показалась даже ярче, даже прекрасней чем до этого.
– Как и ты. Кто же знал, что среди Княжон юга есть не злые и не кусающиеся.
–Уверен? Зубы у меня крепкие, – в подтверждение укусила его за палец.
Яромир, совсем не ожидавший такого, глупо хохотнул. Кто мог знать, что Чёрная жемчужина –обычная девушка, как и он, из плоти и крови. Не впервые задумывался, каким бы был мир ежели вражде севера и юга пришёл конец. Балий много рассказывал сказок о прекрасных просторах и беззаботных жизнях, не знавших боли, крови и страха, но… это всего лишь сказки.
– Поэтому я едва не повернул назад, прежде чем подойти.
– Правда? А так казалось, что сестрица тебе нипочём.
– Не знал, чего ждать от неё. Многого о вас толкуют, разного.
Ведана махнула руками, уловив намёк, и посмотрела прямо, не скрываясь, так что искры в чёрных глазах заворожили Яромира, напомнив о Далемире, когда тот решался на долгие разговоры и постыдные откровения. Вспомнив о нём, Яромир в который раз уже оглянулся.
И тут его обуял ужас. Далемир стоял не один. Морена. Что ей надо?
– Слыхала, да. Особенно от твоих слыхала. Дома жилось хорошо, но такого забавного о близких не узнала бы никогда. И нечисть за собою водим, и Богов не почитаем, силы тратим, и тайные обряды совершаем, замышляем как бы напасть на северян и сделать им худо.
– Лучше ждать худшего, – ему не было стыдно. Он знал, на что способен «добродушный» юг.
Яромир всё искал удобный случай сбежать, но Ведану похоже задели его слова.
– Мы равны, разве не об этом сегодняшняя ночь? Почему же вы всё равно ставите себя выше, добрейшими людьми в глазах Богов делаете?
– Не северяне убили мою мать, – в другой раз он такого не сказал бы.
Ведана уже приоткрыла рот, чтобы со всей пылкостью ответить, но тут меж ними вклинилась Морена. Яромир возрадовался, но ненадолго – заметил Далемира, понурого и задумчивого.
– Хватит с тебя танцев. Отец наказал уйти до рассвета.
– Но ещё ведь!..
– Спасибо за компанию и разговоры, – успел бросить мимоходом, прежде чем совершенно невежливо сорваться от них прочь.
Ничего вокруг больше не волновало его, ни костры, ни фигуры в белом, ни радость. Что-то случилось, он чувствовал это, но не понимал что, и от того неприятное скребло внутри, подначивало двигаться быстрее, успеть… Но куда? Но зачем? Далемир стоял под берёзой, там же где и был, и на первый взгляд казалось, ничего не случилось. Только вот присмотревшись, легко понять – растерял всякую дурашливость и игривость. Глазами не видел ничего перед собой, а крепко сжатые вместе пальцы предупреждали об умственных терзаниях.
– Зачем она подходила? Что успела наговорить? – сходу напал с вопросами. – Далемир, посмотри на меня, не молчи.
Только когда Яромир двумя руками обхватил его ладони и боднул лбом в плечо, так по-детски им привычно, тот очнулся.
– Что Морена от тебя хотела?
– Почём мне знать?
– Я видел, как ты с нею разговаривал.
