– Ежели не послушался бы, тятя ни за что не взял бы с вами. Хотя знаешь…
Яромир напрягся, подтянулся и в ожидании уставился на Далемира. Слишком хорошо знаком ему был этот лисий взгляд. Верно задумал чего неладного.
– Давай поспорим.
– Начинается…
– Поспорим на то, что я проберусь к вам на берег.
– Думаешь, отец осталбень такой? Зря что ли Громолу с собою вёз да Войко? Сразу твоим обещаньям не поверил, вот и приставит следить…
– Давай же поспорим, – перебил, донельзя довольный.
– На что?
У того явно уже что-то было на уме, но как же для верности и не выждать момента, и не помучить любопытством. Яромир перестал попадаться в эту ловушку и потому смолчал.
– Если я выиграю, ты будешь должен пригласить на танец Чёрную жемчужину южан.
Такого он точно не ожидал. Почему всякий раз безумные идею посещали именно эту конкретную голову, а страдать и отдуваться – ему?
– Да меня убьют, только рядом покажусь!
– А чего это ты сразу пораженье принимаешь?
Яромир ни за что бы не сознался, но в любом споре с Далемиром у него не было и шанса. Тот словно с рождения поймал удачу за хвост, и вовсю пользовался этим. Из людей, хорошо знавших его, никто больше сделки не заключал. Один Яромир, понимая, что для брата, это сродни дыханию или же каждодневным боям, соглашался и неизменно проигрывал. Не перечесть сколько всего постыдного ему пришлось сделать. Ежели отец прознал бы, повесил обоих на позорном столбе.
– А если выиграю я, чего не случалось уже много-много лет, то?..
Далемир вновь призадумался.
– То я подойду к Проклятой Вдове и приглашу к нам погостить.
– Идеи всё хуже и хуже, – стоило представить такое, и захотелось самому молить о пощаде.
– Зато теперь стало интересно, так ведь?
Яромир наклонился, чтобы вытащить травинки из чужих волос. Пока вдвоём крутились, собрали всю лежавшую грязь. Далемир же подумал, что он разозлился, и замолчал, пытливо глядя чёрными глазами. Затем и вовсе отнял ладонь, перебирающую пряди и поднёс к лицу, рассматривая золотое кольцо с рубином – перешедшее наследство и будущий статус.
– Если что-то не устраивает, всегда можешь отказать мне. И приказать не заводить споров.
Яромир прикрыл на мгновение глаза, едва справляясь с волной раздражения, попытался выдернуть руку, но Далемир крепко вцепился пальцами.
– Когда ты наконец поймёшь, что мы равные? Что мне ещё сделать? Кольцо такое же выковать? Да хочешь и его забирай.
– Не надо, – единственное, что ответил.
– Тогда зачем каждый раз начинаешь это?
Далемир промолчал, лишь огладил мелкие ссадины, усеявшие кожу не хуже веснушек. Но Яромир не собирался и пальцем шевелить, пока не вернёт себе душевное спокойствие.
– Просто нравится тебя злить. Не буду больше вспоминать запрещённые темы, только прекращай уже смотреть так.
Конечно, он ему не верил. Лишь ещё раз убедился в своей абсолютной мягкотелости.
***
Ближе к сумеркам все собрались на берегу озера. Костры горели столь высоко, столь ярко, что ночь показалась бы днём. Народ медленно сгущался, все как один обрядились в белые в пол рубахи. Так отражался главный смысл – они едины, они равны, и перед взорами Богов не упрячут свои души. Сегодня разговоры будут о мире и благости, о защите и щедрости, а стоит завтра пропеть первому петуху – вернутся к прежнему.
Озеро игриво пело, но за хором голосов никто не внимал ему. Однако, стоило из за деревьев выплыть фигуре Балия, дымчатой и неясной, как сразу сделалось тихо. За ним нестройным рядом шагали Великие Князья, в глиняных чашах несущие огонь, и Великие Княгини, несущие воду.
– Зоря уходит. Пора начинать.
Они встали лицами к собравшимся, позади пылал костёр, и фигуры их словно сияли. Балий распростёр руки, обвёл каждого взглядом, а, когда затихли даже птицы, заговорил:
– Как когда-то давно возле этого озера собирались наши предки, так и мы сейчас стоим здесь под взорами Богов. Они смотрят на нас, и что видят? Кровопролитья, ненависть и вражду? Но все мы были созданы из одной воды и из одного огня. Все мы братья, и все мы сестры. Так давайте подарим друг другу благодушие, а могучим Богам расскажем о мире…
И когда огонь и вода соединились вместе, костёр позади Балия разгорелся с новой силой: затрещали дрова и посыпались искры. Люди не сдержали восторга, крики их завершили обряд с почитанием и одержимостью. На памяти Яромира это первый раз, когда Боги давали ответ. Все видели в этом добрый знак, хотя ежели вдуматься, так ли это на самом деле? Именно сегодня они решили явить себя, но все годы до этого молчали, и ничего не случалось страшного. Почти. Хотелось верить, что Яромир видит то, чего нет.
Задумавшись, он упустил начало гуляний. Разбежавшись кто куда, стар и млад веселились от души. Прыгали через костры, водили хороводы, запевали песни.
– Яромир, – помахали ладонью перед самым лицом, – ты вообще с нами?
– Задумался немного.
– Меньше надо думать. Для всех то благо, для тебя же хворь. Бери пример со Златодана.
Родогор захохотал, заразив и других княжичей и княжон. Яромир поддержал веселье, хотя сам и не чувствовал его.
