Эта история произошла в волшебную новогоднюю ночь. А точнее – в волшебную, но очень морозную новогоднюю ночь. Юля и Анжела, которых угораздило заблудиться по пути на веселую вечеринку, вынуждены были постучать в незнакомый дом.И разве они виноваты, что Анжелу в этом доме приняли за родственницу, и не просто родственницу, а тетушку-миллионершу.Да, ситуация не самая приятная – чужой дом, чужие люди, ломай тут перед ними комедию, изображай какую-то тетушку, которую в глаза никогда не видела.Но не забывайте – это была не простая, а новогодняя ночь. А в эту ночь судьба нет-нет да и подбрасывает особо удачливым приятные сюрпризы.Не исключено, что наши героини окажутся в числе везунчиков.
Когда душа таит зерно пламенного растения -
чуда, сделай ему это чудо, если ты в состоянии.
Зима лютовала так, словно разозлилась на Всемирный конгресс по глобальному потеплению и вознамерилась доказать свою силу. Новости о глобальном потеплении казались вымученными и недостоверными, но ученые старательно объясняли с экранов телевизоров, что холодно потому, что тепло. Большинство жителей страны им не верило, куталось в шубы и шарфы. Но находились и те, кто безрассудно доверял научным светилам. Среди последних оказались две подруги Анжела Смирнова и Юля Богданова, легкомысленно понадеявшиеся на милость природы.
– В новогоднюю ночь обещали плюс два, – зябко кутаясь в воротник осеннего пальто и стуча ногами в демисезонных сапожках, бормотала Анжела.
– Тебя, Анжелка, хоть рыжая грива греет, – дрожа, говорила хрупкая Юля, откидывая со лба непослушную блондинистую челку. Челка намокла от падавшего снега и лезла в накрашенные глаза. – Жуть как холодно. Даже курить не тянет! Здесь все минус десять! И это в часе езды от города!
– Мегаполисы отапливают сами себя, – предположила подруга.
– Мы, Анжел, не мегаполисы, мы себя никак не отопим. Думай, по какой тропинке нам идти, пока я не превратилась в сосульку.
Девушки стояли на перекрестке дачного поселка, где их высадил частник. То, что водитель уже начал отмечать праздник, подруги заметили довольно поздно.
Дело было так.
– Новоселки! – лихо заявил водила, останавливаясь у обочины.
– Нам же в Белозерки!
– Белозерки! – лихо поправил себя шофер, подождал, пока девушки расплатятся и выйдут, нажал на газ и умчался.
– За такие деньги мог бы к дому подвезти! – запоздало крикнула ему вслед Анжела.
Теперь подруги рассуждали, в какую сторону двигаться, чтобы прийти к даче номер шестьдесят. Спросить было не у кого, поздним вечером 31 декабря улица была пуста. В окнах светились новогодние гирлянды, двери коттеджей были на западный манер украшены еловыми ветками, но ломиться к кому-то и спрашивать, где эта улица, где этот шестидесятый дом, отчего-то не хотелось.
– Свистунов в случае чего обещал нас ждать на развилке, – виновато произнесла Анжела, утопая в снегу на нечищеной тропинке.
– На развилке его нет. Куда же усвистел твой Свистунов?
Юля прошла вперед вдоль забора и обнаружила калитку.
– Здесь что-то написано. Темно, ничего не вижу.
– Сейчас посвечу тебе телефоном. – Анжела достала мобильник из сумочки и посветила на калитку.
– Новоселки, дом тринадцать, – прочитала Юля и обомлела. – Какие Новоселки?
– Свистунов приглашал нас в Белозерки, – испуганно прошептала Анжела, которой от волнения внезапно стало нестерпимо жарко.
– Что будем делать? Рыдать или сначала позвоним твоему Свистунову?
– Юлечка, он не мой, не мой. Нет, конечно, он мой коллега, мы делаем одно дело, но не более того. И могу тебя заверить, как коллега он очень ответственный товарищ. Сейчас я позвоню, он за нами приедет и заберет в свои Белозерки. Знаешь, идея встречать Новый год на даче отчего-то больше не кажется мне привлекательной… Юлечка, нам придется рыдать! Здесь нет связи!
– Подожди, я посмотрю на своем телефоне… Анжела! Что делать?!
Мобильная связь в дачном поселке, со всех сторон окруженном дремучим лесом, действительно отсутствовала. Это означало, что подругам остается одно: километра три топать пешком к трассе и ловить в двенадцатом часу ночи очередного частника или тихо замерзнуть в ближайшем сугробе, пополнив статистику новогодних происшествий. Других вариантов не было.
Мороз крепчал. Намокшая челка Юли успела замерзнуть и стояла дыбом, как у фэнтезийного единорога, но Анжеле было не смешно. Анжеле хотелось плакать. Если бы она знала, что, приняв предложение влюбленного в нее Свистунова, окажется в таком затруднительном положении, то ни за что не стала бы отмечать Новый год вообще. Спала бы в теплой постели! Мысль о тепле придала девушке решительности.
– Мерзнуть не будем, – решительно заявила она. – Постучим в первый попавшийся дом, должен же у них быть стационарный телефон, и позвоним Свистунову.
– А если телефона нет? – предположила Юля.
– Тогда останемся у них до утра, погреемся и встретим Новый год.
– Останемся? А кто нас оставит? Это семейный праздник, тем более на даче, где собираются родственники.
– Отчего же? Иногда под Новый год на дачах собираются и друзья, – вздохнула Анжела.
– Ага, – мстительно хмыкнула Юля, – друзья Свистунова собираются невесть где, только не на его даче.
– Мы сами виноваты, не нужно было садиться в машину, пропахшую шампанским.
– Не нужно было соглашаться…
– Юля, давай не будем спорить. Я не отрицаю своей вины, минимальной, следует заметить. И собираюсь исправить положение.
– Это как? Ввалиться к чужим людям?
– Почему к чужим? А вдруг они мои отдаленные родственники?
– Очень смешно. «Здравствуйте, я ваша тетя!»
– А что? – прищурилась Анжела. – Хороший вариант.
