— Даже не надейся! Я за тебя заплатил! Уйдешь отсюда, когда отработаешь все до последней копейки... Готовься, дорогуша. Ночь будет длинной, — произносит, закуривая очередную сигарету.
Охранник тянет меня по коридору. Я пытаюсь сопротивляться этому верзиле, но у меня ничего не выходит.
— Пусти! — кричу что есть силы. Может, здесь есть еще люди? Может, кто-нибудь выглянет сейчас из номера и помешает ему. Вцепляюсь в его руку короткими ногтями, но ему хоть бы что. Да и мой маникюр, остриженный почти под корень, так себе оружие. Он молча открывает дверь и толкает меня в номер. Собирается запереть. Но я все еще не теряю надежды пробить его броню. — Подождите! У вас ведь, наверное, есть сестра или дочка! Представьте, что они попали в подобную ситуацию... — произношу я. Он молча захлопывает дверь. Я начинаю бить кулаками по деревянной поверхности. — Отпустите! Пожалуйста! Отпустите! — рыдаю, сползая на пол.
Ну за что мне все это? За что? Неужели я жила все эти годы для того, чтобы в один вечер оказаться здесь и быть изнасилованной толпой моральных уродов. Почему все так? Неужели я заслужила это? Я лежу на полу около двери еще несколько минут. Слезы горячим ручьями чертят дорожки по моему лицу. Дверь приоткрывается. Я быстро поднимаюсь на ноги.
— Лучше приведи себя в порядок, — говорит охранник. — Иди в ванную. У тебя не больше пятнадцати минут. Если будешь послушной, утром тебя отвезут в город, и ты вернешься к привычной жизни, — его голос звучит спокойно, даже по-отечески. Неужели ему жаль меня?
— К привычной жизни! Вы шутите?
— А кто ж вас заставляет торговать собой? Легких денег хочется? Молоденькая совсем… Зачем приехала сюда?
— Вы что, не поняли! Она меня обманула! Обманом привезла сюда!
Мужчина покачивает головой. — Все вы так говорите, когда до дела доходит... Деньги взяли. Значит, придется отработать.
— Я не проститутка! Вы что, не видите, что я не проститутка! Посмотрите на меня! Отпустите...
— Нет, девочка, раньше нужно было думать. Держи вот, — сует мне в руку две таблетки.
— Что это?
— Считай, что обезбол... Боюсь, что с твоим поведением он тебе понадобится. Их все-таки семеро… — говорит охранник, направляясь к двери. Я смотрю на две круглые таблетки на своей ладони. Желудок сковывает спазм. Новая волна тошноты подкатывает к горлу. Дверь номера затворяется, замок щелкает. А в моем мозгу, начинают работать шестеренки... Сумочка валяется около двери. Ее так и не забрали. Я слышала, как охраннику было приказано забрать мой телефон, но он этого не сделал.
Я бросаю таблетки на пол. Потная ладонь сама проходится по бедру, вытирая белесые отпечатки от таблеток. Дрожащими руками вытаскиваю телефон из сумочки. Слышу шаги по коридору, приближающиеся к номеру. Сую телефон обратно, перекидываю ремешок сумочки через шею и бегу к окну. Хватаюсь за ручку. Но тот, кто секунду назад зашел в номер, хватает меня за волосы и наматывает мой хвост на кулак.
— Далеко собралась? — рычит своим смрадным дыханием в лицо, запрокидывая мою голову назад.
Я вцепилась в ручку мертвой хваткой и отпускать ее не намерена. Это мой последний шанс. Направляясь к окну я осознавала, что нахожусь всего лишь на втором этаже. Но даже если бы этаж был не вторым, а десятым, я все равно бы вышла в это окно. Лучше так, чем добровольно отдать себя на растерзание этим ублюдкам.
— Мне больно! Отпусти! — ощущение, будто бы с меня снимают скальп. Кожу жжет, слух обострился, и мне кажется, что я слышу, как отдельные волоски с треском вырываются из головы.
— А ты, оказывается, строптивая кобылка! Так даже интересней! Ничего… Я тебя быстро объезжу. Через час, как шёлковая, будешь катать всех желающих…
Я резко отпускаю ручку, подаюсь назад. Его захват слабеет. Изворачиваюсь и зубами вгрызаюсь в его предплечье.
— Сучка! — орет, отпуская мои волосы. Матерится, потирая место укуса. Смотрит на меня разъяренными красными глазами. Я нащупываю что-то на тумбочке и со всей силы бью его в висок. Он падает... Из руки выпадает пепельница и с тяжелым грохотом приземляется на пол.
