Акцентор полностью

Я киваю и машу остальным ученикам на прощанье, а затем быстро выхожу из зала и делаю то, что умею лучше всего – убегаю.

Тяжело дыша, я бегу к главной лестнице театра. В коридорах слышны чужой шепот и звук шагов. Из широких окон школы виднеется хмурое сумрачное небо, снег большими хлопьями покрывает асфальт, а еще тень мальчика сидит на заснеженной скамейке, окруженной обнаженными темными деревьями и статуями ангелов. Почему он?..

– Мисс Смит!

– Ой! – я резко останавливаюсь, врезавшись в кого-то, а затем делаю шаг назад. И еще один. – Прошу прощения.

Директор.

Профессор рассказала ему? Отец пришел забрать меня?

Я сглатываю, пытаясь совладать с резким приливом страха.

– Здравствуй, Элеонор, – маленькие глаза мистера Ллойда впиваются, словно тысячи острых игл.

– Добрый вечер, директор Ллойд, – отвечаю я едва слышно.

– Я знаю, что вы не учитесь в одном классе, но, может быть, ты видела Аарона? Мистер Кинг разыскивает его. Мальчик больше не будет у нас учиться.

Что-то заставляет меня сомкнуть губы.

Аарон. Одаренный жестокий ребенок, который ни с кем не разговаривает и имеет проблемы с агрессией. Никто и никогда не говорил о нем хорошие вещи. Девочки шептались, что Аарон выглядит как прекрасный принц, а внутри является настоящим чудовищем.

Когда все… когда все случилось, и я вернулась в школу, он ходил за мной по пятам. Заметив это, профессор Мерфи приказала мне избегать его, иначе она все расскажет моему папе, и тогда он отправит меня в закрытый пансионат в Шотландии.

Я совершенно не знала его и не понимала, почему Аарон не прекращает свои попытки разговорить меня, рассказывая о каком-то Чарли, но я не хотела разговаривать.

Я ни с кем не хочу разговаривать. Особенно с теми, кто хладнокровно берет нож для стейка и вонзает его в ногу другого ребенка.

Но почему он сидит там один?..

Я лгу удивительно легко, когда отвожу взгляд от директора:

– Я не видела.

Спустя несколько секунд мужчина делает шаг вперед. Я резко втягиваю в себя воздух, когда его указательный палец ударяет меня по подбородку, заставляя мою голову подняться.

– Ты так похожа на свою мать. Ты ведь не помнишь ее?

Я отрицательно машу головой и нервно переминаюсь на месте из-за громкости его голоса. Теперь большинство людей повышают голос, когда замечают, что я ношу слуховые аппараты. Мне ужасно неловко, но я ничего не могу с этим поделать.

– Вы можете говорить тише. Я вас слышу.

У директора короткие волосы, широкий лоб и маленькие глаза, которые всегда были затуманены легкой пеленой. Он выглядит сильно старше своих лет – возможно, из-за глубоких морщин, возможно, из-за этого взгляда.

– Полиция тебя допрашивала? Какое твое последнее воспоминание?

Почему он спрашивает это? Я делаю еще один шаг назад.

– Мистер Ллойд!

Директор поворачивает голову в сторону голоса преподавателя, и я использую этот шанс, чтобы быстро свернуть за угол коридора. Забрав в гардеробной свое пальто, я выхожу на улицу и иду в сторону закрытого сада.

Холодный декабрьский воздух проникает до самых костей. Я боюсь Аарона, но все равно хочу найти его. Возможно, если я разозлю его, то он причинит мне боль, но вид того, каким одиноким и потерянным он выглядел, заставляет мое сердце истекать кровью.

Я лишь скажу, что его ждет отец, а затем вернусь в школу. Тем более мы больше не увидимся, верно?

Футляр со скрипкой давит на плечи. Я ищу мальчика, осматривая окрестности. Но как бы я ни старалась, я не нахожу его ни на той скамейке, ни в других уголках сада. Может быть, он уже уехал. Наверное, мистер Кинг забрал его домой.

Я поворачиваюсь в сторону выхода и останавливаюсь, чтобы наладить дыхание, а затем вдох застревает в моем горле. Аарон стоит неподалеку, облокотившись о статую. Его светлые волосы падают на глаза, почти сливаясь со свежим снегом.

– Привет, – бормочу я застенчиво.

Он не отвечает. Похоже, ему все равно.

– Тебя ищет папа… то есть мистер Кинг.

Поразительно. У него такие светлые волосы и такие темные глаза… Я размышляю над своими словами, пока он разглядывает мое лицо.

Я чувствую, как мои щеки начинают гореть.

– Почему ты не идешь домой? Разве тебе не хочется провести время с семьей перед Рождеством? Знаешь, кажется, раньше я любила праздники, а теперь мне грустно – особенно когда я думаю обо всех тех людях, которые празднуют одни, или о бездомных, которые вынуждены остаться на улице, потому что некоторые приюты закрываются. Тебе тоже грустно?

Боже, что я несу. Все это так неловко.

– Почему ты со мной разговариваешь? Ты жалеешь меня? – мальчик идет в мою сторону, осторожно и медленно, будто боится, что я исчезну.

Я чувствую, как мой живот сжимается. Аарон так часто был один. Никто из детей не заслуживает одиночества.

– Нет, – я качаю головой.

Когда он встает совсем близко и протягивает мне руку, я задерживаю дыхание, ощущая быстрое сердцебиение.

Он хочет, чтобы мы держались за руки?

– Отдай мне вещи. Тебе тяжело.

Ох.

Я делаю шаг назад, крепче сжимая футляр.

Боже, о чем я только что думала?

– Все в порядке, – шепчу я, смущенная, и замечаю, что щеки мальчика тоже порозовели – наверное, от холода.