- Не знаю, - девушка попыталась сглотнуть, но сухое горло только поцарапалось от этого движения. - Не хватило чакры на анализ.
Её собеседник о чём-то сосредоточенно думал, кусая губы своими треугольными зубами. Потом он зажмурился, кивнул и отпустил её плечи.
- Хорошо, - уверенно сказал он сам себе и потянулся к раненой ноге.
Широкие ладони аккуратно прихватили кожу у разреза, фиксируя его края чуть раскрытыми. Голубая макушка опустилась ниже к земле и только когда Сакура почувствовала чужое дыхание на своей ноге, она поняла, что он делает.
- Погодите! - ослабленная рука метнулась к чужой голове, прихватывая короткие волосы. - Мы не знаем, что это за яд! Вы умереть хотите?!
Мечник резко выпрямился. Губы его были поджаты.
- Вы так говорите, будто умереть хотите вы! - он сбросил чужую руку, встряхивая головой. - Я вам этого не позволю!
Потом он снова наклонился, примеряясь к чужой ране.
- Но как же, - постаралась своим слабнущим сознанием отыскать аргументы Сакура. - Это же кровь! Вы сами говорили, что кровь вас сбивает!
На неё посмотрели исподлобья.
- Вам я не наврежу, - качнул головой юноша. - Мы что-нибудь придумаем.
А потом он прижался ртом к ране, старательно вытягивая яд, сплёвывая на жухлую траву рядом. Всё ещё чувствуя инородную жидкость в мышцах, Харуно, к радости своей, следила за понижающейся концентрацией вещества.
Может и сработает.
Когда оставались крохи, микрограммы, что могут сказаться лишь на здоровье, а не на жизни, девушка выпустила свои кровеносные сосуды. Потеряв контроль, она надеялась, что кровотечение чисто физически вымоет яд, избавляя её от самых неприятных последствий. Вариантов, в любом случае, было немного. Чакра у неё кончилась
Услышав чужой всхлип, девушка осознала ошибку. Хоть и потекла чистая кровь, Чоуджуро не остановился. Тяжело дыша, голубоволосый прижимался к ране. Его повело.
Сакура постаралась привести его в чувство, зарываясь пальцами в волосы в попытке отстранить от раны.
Но он заскулил, вминаясь пальцами в её кожу.
Губы сменил язык, что жадно слизывал кровь, упиваясь ей.
- Чоуджуро-сан, - ощущая накрывающую её панику, попыталась окликнуть парня девушка. - Чоуджуро!
Тот замедлился, склоняя голову в её сторону. Взгляд его был пьяным, а скулы покрывал лихорадочный румянец.
- Ты рядом, как хорошо, - облизнувшись выдохнул он, - нашел, знаешь? Думал не найду, а нашёл..
Бессвязная речь голубоволосого не помогала складывающейся ситуации.
- В прошлый раз было так мало, - продолжал он шептать, перемежая движение рта с прикосновениями к открытой ране. - Я почти не распробовал. Сейчас хорошо. Сейчас точно запомню…
“Господи, он не в себе,” - сознание куноичи ускользало. Теперь к чакроистощению прибавилась кровопотеря. - “Он меня сожрёт.”
- Тише, тише, - сбивчиво шептал мечник, прижимаясь щекой к её бедру, - тише…
Последнее, что она услышала перед тем, как потеряла сознание, был глухой и низкий рокот, похожий на мурчание.
========== Часть 8 ==========
Придя в себя, Сакура первым делом осознала, что её терзает лихорадка. Собственное дыхание, казалось, холодило гортань, оседая инеем изнутри горла. Голова была тяжёлой. Язык чувствовался распухшим и непослушным. Хотелось пить.
Сквозь пелену смешанного сознания, девушка начала постепенно воспринимать внешний мир. Жесткую поверхность камня за спиной, сумрак и сырой запах земли. Тепло и чужое дыхание.
Склонив голову, она увидела голубоволосую макушку, что прижималась к ней. Руки, укрытые форменной водолазкой Кири, крепко обхватили её, обнимая. Дыхание мечника было размеренное. Он спал, уткнувшись носом ей в живот.
Не уверенная в его адекватности на данный момент, куноичи решила осмотреться. Судя по всему, их окружала пещера. Тихая капель с блестящих сталактитов разбавляла влажную тишину.
Стараясь не потревожить парня, девушка аккуратно подняла руку, прислоняя ту к собственному виску. Накопившейся за время отключки чакры должно было хватить на базовые манипуляции. Первичный скан показал, что оставшиеся крохи яда давно растеклись по телу. Слава богу, что организм ирьёнина был подготовлен к подобным вещам и успел начать самоочищение. Она ощущала старательный труд печени, усиленной тренированной чакросистемой. Оттого и жар.
Анализ яда её, наоборот, заставил нервничать. Метокситамин, что выделяют два вида лягушек с юга страны Молнии. Ситуация стала понятнее. И страшнее.
Тяжёлый галлюциноген, сильнейшим образом влияющий на нервную систему и мозг. В крупных дозах приводит к изменениям психики и, если не оказать должной медицинской помощи, к сумасшествию и даже смерти.
“Наглотался,” - с ужасом осознала девушка. - “Сколько наглотался? Как много?”
Тихо-тихо, мягко, она положила свою руку на чужую макушку. Стараясь выцедить малейший импульс, чтобы для начала просто оценить состояние мозга невольного пациента, она активировала технику.
В ту же секунду её запястье схватили.
