– Судя по Вашим речам, Вы, дорогая госпожа Нарджис, относились к Вашему господину очень даже неплохо. В рассказах графини де Монпезá он предстает совершенно другим, – негромко заметил он.
«Так и он ко мне неплохо относился…» – чуть не вырвалось у Жаккетты. Но она упрямо решила улыбаться и все.
Виконт ждал ответа.
Не дождавшись, он требовательно спросил:
– Так почему же Вы сбежали?
– Я христианка! – отрезала Жаккетта.
Ее начал пугать этот человек с его неприятными вопросами.
Для себя Жаккетта решила всеми силами держаться от виконта подальше.
К счастью подоспел подвыпивший благодетель:
– Прелестнейшая госпожа Нарджис, откройте нам пожалуйста, главный секрет Востока. Сколько женщин может быть в гареме у мусульманина?
– У уважаемого человека и гарем солидный! – засмеялась Жаккетта. – Столько, сколько он сможет.
– И могут?! – заговорщицким шепотом спросил благодетель.
– Могут, – подтвердила Жаккетта. – А если не могут, то есть специальное зелье довада.
Жанна поняла, что невозможная Нарджис опять вышла за самые широкие рамки приличной беседы и кавалеры, того и гляди, начнут записывать с ее слов рецепт.
– Дорогой господин маркиз! – сказала она, мягко вцепившись Жаккетте в локоть. – Я думаю, нам пора удалиться на покой.
– Очень жаль! – по–детски обиделся благодетель. – Общение с Вами бесподобно! А Вы, дорогая госпожа Нарджис, такой умный собеседник, что я просто поражен!
– Доброй Вам ночи, господа! – распрощалась с обществом Жанна и беспощадно повела Жаккетту к выходу.
Жаккетта надулась.
Она только–только вошла во вкус общения с благородными кавалерами, оказывается, они немногим отличаются от обычных людей, да и костюм ее оценили по достоинству, на госпожу Жанну вполовину меньше смотрели, веселье только–только началось и вот на тебе!
Из вредности она сделала вид, что запнулась, и стряхнула с ноги шлепанец.
По мраморному полу он проскользил, как кораблик по волнам и отлетел от хозяйки на приличное расстояние.
Жаккетта остановилась и замерла, подняв босую ногу. И вопросительно посмотрела на мужчин.
Кавалеры всем скопом кинулись на одинокую туфельку, остановившуюся прямо в центре мозаичного круга. Такими кругами был украшен весь пол, выполненный в стиле «коматеско».
Победила молодость и наиболее проворный кавалер удостоился неземного счастья надеть туфельку на очаровательную ножку пленительной Нарджис.
Жаккетта поблагодарила его поклоном головы и улыбкой.
Жанна тоже ласково улыбалась, думая, что за дверью придушит мерзавку с ее отвратительными красными тапками.
– Пойдем, дорогая! – сказала она.
– Одну минуточку! – неожиданно вмешался виконт. – Разрешите, прекрасные дамы, преподнести Вам небольшой подарок. Путь впереди предстоит долгий, в горах всегда холодно, а Ваши наряды слишком воздушны. Примите, пожалуйста, эти шубки, они согреют вас в альпийских снегах!
Слуги виконта внесли на подносах бархатные, подбитые мехом куницы одежды. Меховые отвороты украшали широкие рукава и отложные воротники.
– Я, от имени всех присутствующих здесь кавалеров выражаю надежду, что под защитой теплой шубки госпожа Нарджис всегда будет радовать нас своим великолепным, просто сказочным нарядом!
Кавалеры были полностью с ним солидарны.
* * *
Утром Жанна с приятным удивлением узнала, что ее гардероб, как и гардероб Жаккетты пополнился по крайней мере, еще на пять меховых накидок и специальную рысью полость, чтобы дамы могли закрывать ножки.
И теперь, как бы они не старались, смерть от холода им не грозит.
* * *
Жаккетта же сделала свои выводы из вчерашнего.
Оказывается, одежда способна творить чудеса. То, что никогда не простилось бы ей, будь она в обычном платье, не только сошло с рук, но и вызвало бурю восхищения, а всему причиной восточный наряд.
И самое главное, оказывается советы госпожи Фатимы универсальны. Прекрасно действуют как на Востоке, так и на Западе.
Только непонятно, почему она, Жаккетта, в последнее время совсем перестала молиться св. Екатерине. А почему – непонятно.
Наверное потому, что все так запуталось и перепуталось. Шейх погиб. Рыжий пират неизвестно где и тоже неясно, жив ли он.
А у них с госпожой все дорога и дорога, и то, что было вчера уже не будет никогда.
«Ладно!» – решила не ломать себе голову Жаккетта. – «Доберемся до Ренна, а там посмотрим!»
Караван господина дю Моншов, де ла Грангренуйер де ла Жавель начал долгий путь во Францию.
Ранг благодетеля и, соответственно, размах путешествия позволял путникам не делать остановок на постоялых дворах с их скученностью и дороговизной.
Маршрут маркиза был отлажен, на ночлег останавливались либо в монастырях или знакомых поместьях, либо ночевали в экипажах.
Как–то утром Жанну и Жаккетту навестил секретарь благодетеля, довольно унылого вида человек. Он предложил Жанне прогулку верхом.
Жанна засиделась в экипаже, поэтому с удовольствием согласилась, хотя и немного удивилась.
Она заняла место в седле подведенного секретарем скакуна и они пустились вскачь по дороге, оставив далеко позади неторопливо тянущиеся повозки.
Как только Жанна исчезла, в экипаж золотым дождем просочился благодетель.
